Пёс императора

«А что на свете самое сильное, пап?»

«Я думаю, любовь».

«Не смерть?» – засомневалась она. Как же так, ведь он любил маму, а она все равно умерла!

«Нет. Сильнее всегда то, что созидает. Смерть же – разрушитель, а значит, она слабее».

Тайра грустно вздохнула. Отец… неисправимый романтик, так и не сумевший полюбить другую женщину после смерти ее матери. Наверное, это он и имел в виду, говоря, что любовь все равно сильнее.

Через несколько минут рядом с Тайрой появился ее пес, и она сразу обняла его, прижимаясь и ничего не говоря.

«Кто же ты, мой белый пес? Как мне узнать твое имя…»

Проснувшись после звонка будильника, Гектор несколько минут лежал не двигаясь и смотрел в потолок.

Тайра в совместном сне не сказала ни слова, но чувствовалось, что ей не по себе. Не связано ли это с его вчерашним разговором с Морганом? В то, что Рид целиком и полностью принял объяснения Дайда насчет интереса к биографии принца, дознаватель не верил.

Гектор встал и, умывшись, сразу перенесся в комитет, решив позавтракать позже, либо на рабочем месте, либо уже в поселке. Поднялся на третий этаж, открыл дверь в приемную и удивленно поднял брови, глядя на Кэт, которая в эту секунду поливала цветы на подоконнике из большой зеленой лейки.

Дело было не только в том, что ее рабочий день еще не начался: она часто приходила раньше. Просто Гектор редко видел Кэт в подобных платьях. Она обычно носила что-то серое, коричневое, темно-зеленое или синее, светлые оттенки не надевала совсем. А теперь стояла возле окна в нежно-голубом платье с белыми кружавчиками – как кусочек летнего неба с облаками, – и ткань обрисовывала ее тонкую фигурку, подчеркивая узкую талию и вполне себе аппетитные бедра.

«Ох, Урсула», – подумал Гектор, усмехаясь. Перевоспитание, по-видимому, в выходные шло полным ходом.

– Доброе утро, Кэти, – сказал он негромко, но она все равно вздрогнула и едва не уронила лейку.

– Ох! – Она обернулась, и Дайд второй раз помянул Урсулу, увидев, что спереди на платье есть небольшой вырез в форме капли. И в этом вырезе отлично просматривалась соблазнительная ложбинка между грудей.