Пилот

Доктор шприц выхватил и к ней подступает, уже ваткой предплечье протирает.

– Эй док, ты чего это удумал делать?

– Это противошоковое, успокаивающее…

– Нахрен! Ты спиритуса вини лучше граммов полста плесни. И мне тоже!

– Ты крэйзи!

– Сам такой! Наливай скорей, виртуоз ланцета! Не мешкай!

Он и налил. Я выдохнул, и выпил. В держателе воды бутылку нашарил, запил водичкой потом на дока неизвестно почему вызверился.

– Чего ждём? Ещё наливай! Пилюлькин хренов!

Он ещё налил. Я мензурку выхватил и Кате подступил:

– Выдохни! Сильно выдохни!.

. Теперь выпей быстро!.. Теперь не вдыхая запей! Молодец! Орлица!

И окосели мы моментально. Пока нас тягач к ангарам дотащил, мы уже и лыка не вязали. Но стали мы исключительно добродушными и разговорчивыми, и люди вокруг нас такие приятные все сделались, ну как на новый год. Сижу я, сгрёб Катю на коленки себе, и такое на душе у меня счастье и такая радость во мне бурлит, что просто ужас какой-то. Жаль, прошло всё быстро.

Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко.

Аэродром Порто-Франко. 13:00. 18 число 6 месяца. Вторник. 22 год.

С причинами, приведшими к столь неприятному событию, разбирались недолго. Достаточно было осмотреть фильтр тонкой очистки топлива, наглухо забитый мельчайшей полиэтиленовой пылью. А вот причины её появления в топливе поначалу меня озадачили. Так, разберёмся. Горючку я с собой привёз и заливал в бочки сам. Бочки чистые были. Отвечаю. Значит, гадость эта в баках как-то оказалась.

А ведь точно… Когда Катя по полю рулила, расход горючки только с правого бака шёл. Прощёлкал я клювом на запуске и оставил кран в положении – правый бак. На взлёте крен я почуял из-за этого и переключился на левый, чтобы уровнять в баках остаток топлива. Вот тут-то всё и началось. Значит, в левом баке пыль эта гадкая пребывала. Какая-то дитиктива получается."

"И каким же ветром её туда надуло? От Олимбоя до Салоников долетели мы будьте нате. Без каких либо проблем.

И до того тоже летали каждый день. А случиться могло это, только когда крылья с самолёта сняли. В Салониках мы крылья сняли, упаковали, погрузили в контейнер под самолёт и сюда привезли. Стоп. Зорька – стоять! Одну ночь левая плоскость просто так у самолёта пролежала! Не упакованная! Охрана аэродромная не спала, конечно, но и не пялилась на мой ""Караванчик"", глаз не смыкая. Если кто полез бы в него, то меру соответствующую приняли бы они.