Пилот

Катя ему позвонила, сказала, что согласна продать их, он даже из Афин примчаться не поленился ради такого дела. Вот его и будем встречать в скромном семейном кругу.

Я первым делом за ружбайки взялся. Почистил-смазал, привёл в товарный вид и на стенку над камином развесил. Для шикарности интерьера. Потом водные процедуры провёл в полном объёме. И Катю искать пошёл. Нашёл её в комнате своей, где она покрышки мои критически рассматривала. Чёрную тройку отложила в сторонку и сказала что в этом пристойно будет гостя встретить.

Катя, вся ослепительно-чёрная, и я сбоку-рядышком, в неброских тонах, весь гармоничный. Скромный Мерседес въехал во двор и затормозил у крыльца. Выскочил из машины водила и почтительно отворил заднюю дверцу из которой величественно выбрался солидный и благообразный господин, увенчанный благородными сединами. К нему Морсик подлетел, но против обыкновения обошёлся с ним деликатно. Зубов скалить не стал. Обнюхал почтительно и даже огрызком своим пару раз помахал. Не первый, похоже, раз видит.

Господин сей внимания на него не обратил совершенно. Не по чину. Неторопливо взошёл на крыльцо, внимательно осмотрел Катю с головы до ног. Бросил на меня взгляд мимолётный. Поцеловал Катю по-отечески, в лоб. Мы почтительно молчали.

– Здравствуй девочка. Очень сочувствую твоему горю. Однако, ты по-прежнему мила и очаровательна. Даже в трауре.

– Здравствуй, дядя Ставрос. Как твоё здоровье?

– Спасибо, неплохо. Это твой новый мальчик?

И он небрежно показал на меня взглядом. Глаза Катерины гневно вспыхнули, и она сухо ответила:

– Это – мой будущий муж.

Я выйду за него, как только закончится официальный траур.

– Ну, не сердись девочка, не сердись. Просто не понимаю. И что ты в нём только нашла?"

"Не глянулся я ему, выходит. А взаимно! Да пошёл ты, барбос пегий! Тоже мне эксперт-ценитель нашёлся. Знаток меня, понимаешь! Я потихоньку стал закипать. Но крышечка ещё не брякала. Поэтому вел себя пока скромно. Катя распахнула дверь и пригласила гостя:

– Проходи в дом, дядя Ставрос.

Дядя ждать себя не заставил, проплыл в помещение, как танкер в порт, только что гудком не погудел.

Катя за ним, как яхта драгоценная. Потом, обогнав гостя, вперёд выдвинулась. В гостиную повела. За ними я уже, вроде как буксир-толкач. А за мной халдеи его. Ребята с холодными глазами, чистыми руками и горячими сердцами. Все двое. Один у входа ошвартовался. Второй у двери в гостиную пост занял, мы же за стол сели.

– Кофе? Вино?

– Побалуй дядю Ставроса ""Ариусиосом"", девочка.