taming 7

 - Посмеиваясь, я встал и направился к двери. - Скоро почувствуешь себя лучше, парень.

- О Боже! - Клэр взвизгнула, когда я врезался в нее на лестничной площадке, у нее были светлые кудри и раскрасневшиеся щеки. - Что ты...

Стараясь вести себя как можно лучше, я тепло улыбнулся, прежде чем отойти в сторону, пропуская ее завернутое в полотенце тело обратно в спальню. - Как и ты, Медвежонок-Клэр.

- Ты рано встал.

- Я мужчина на миссии.

- О. - Щеки у нее все еще горели, она задержалась в дверях своей спальни, неуверенно глядя на меня.

- Я буду через дорогу, когда ты будешь готова, - вмешался я и сказал ей. - Я буду терпеливо ждать, Медвежонок-Клэр.

- Хорошо. - Легкая улыбка приподняла уголки ее губ, давая мне понять, что она уловила скрытый смысл моих слов. - Я обещаю не заставлять тебя ждать слишком долго.

Когда я переходил улицу и заходил в свой дом, я уже был в полной боевой готовности к потенциальным стычкам с придурковатым пасынком моей матери.

В ту минуту, когда мой взгляд упал на Марка Аллена, сидящего на моей кровати, крошечные волоски у меня на затылке встали дыбом.

Сразу же моя кожа покрылась липким лихорадочным потом, и если бы не тот факт, что я был в его присутствии, я мог бы подумать, что заболеваю тем же, что и Хью.

- Я вижу, все такой же беспорядочный, как всегда.

- Я сказал, убирайся вон из моей комнаты.

- Ты не должен так приветствовать своего брата, Гибс, - ответил он небрежным тоном, совершенно не задетый напряжением, которое от меня исходило. - Разве Сайв до сих пор не научила тебя, как обращаться с людьми?

- Ты из тех, кто умеет говорить, - выпалил я в ответ, оставаясь в дверях. - У тебя чертовски много наглости, чтобы приходить сюда.

- И почему это, Гибс?

Я прищурился. - Ты знаешь почему.

- Не-а. - Покачав головой, он поднялся на ноги и потянулся. - Понятия не имею, о чем ты говоришь.

- Да, это так, - выпалил я, чувствуя, как все мое тело сотрясается от дрожи, когда я смотрел, как он приближается ко мне. - Ты знаешь, что ты сделал.

- И что я сделал?

- Ты знаешь, - это все, что я смог выдавить, и я чертовски ненавидел, как тихо звучал мой голос. Как будто мне снова было семь лет.