Пять лимонов на мороженое

 – С банком все в полном порядке!

На физиономии Севы промелькнуло скептическое выражение – ну это, допустим, не совсем так…

– Ничего банк не лопнул! – продолжала женщина. – Все совсем не так страшно! Это всего лишь наш председатель правления лопнул! – неожиданно закончила она.

– К-как – председатель правления? – начав аж заикаться, выдавил Сева. – Константин Николаевич? Наш… – он едва не сказал «наш заказчик», но вовремя остановился. Заказчик… лопнул? Вы имеете в виду – разорился?

– Да нет, я имею в виду – вдребезги лопнул.

На тротуаре действительно лежала оторванная человеческая голова! Странно сплющенная, будто по ней тоже прошлось колесо. Невероятно бледная, словно из нее разом выкачали всю кровь. И… Да, это был их заказчик, Константин Николаевич!

Мысли Севки двигались медленно, как снулые рыбины. А кто ж Саляму документы покажет? – всплыла первая. Ее неторопливо догнала вторая…

– Как он там очутился? – выпалил Сева. Ведь за скутером волочился лысый гопник!

– Вероятно, улицу неправильно переходил, – очень серьезно сказала женщина – и вдруг… захихикала!

Сева поглядел на нее недоуменно – истерика, наверное.

И тут понял, что истерика сейчас начнется у него самого. Мимо столпившихся на дороге машин аккуратно прорулил серый «Форд». Притормозил у оторванной головы. Дверца распахнулась… и на тротуар ступил Константин Николаевич собственной персоной!

– Голова у него на месте, – слабо простонал Сева.

– Ну, на самом деле далеко не всегда… – глубокомысленно покачала своей головой женщина.

Председатель правления тем временем нагнулся и брезгливым движением поднял «свою» оторванную голову с асфальта. Та повисла у него в руках сплющенной резиновой тряпочкой. Константин Николаевич подкинул ее на ладони, огляделся по сторонам, увидел раскиданные вокруг обрывки тела и с безнадежным вздохом сказал:

– А ведь предупреждала жена, что меня в этом банке раздавят!

Глава 14

Не в банкиры, так в уборщицы

– Жалко, с нами Евлампия Харлампиевича не было! Он бы этот скутер враз догнал! – расстроенно протянула Катька, плюхаясь в кресло в рабочей комнате агентства и безуспешно пытаясь отжать свои влажные косички.

– Ну да, гусь в тепле сидел, пока мы по банкам мокли! – проворчал Сева, с искренней завистью поглядывая на совершенно сухого гуся, уютно возлежащего в плетеной корзинке у Катькиного стола.