Пять лимонов на мороженое

Лишь один мальчишка постарше смущенно пробормотал:

– Мне, вообще-то, тоже надо… Мне поступать…

– Слышь, а че, без банки в наши универы теперь не берут? – громко чавкая жвачкой осведомился еще один пацан – бритоголовый, в клетчатой рубахе навыпуск, из тех, что тусуются в проходных дворах. – А без бутылки? – Он заржал.

Первый мальчишка смутился еще больше и, опасливо косясь на собеседника, пробормотал:

– Мне не в наш… Мне в Принстон, в Америку… На экономический…

– Ну во-от… – девчонка явно расстроилась.

 – Про таких, как ты, которые за границей учатся, папа тоже говорил… У них… ну, у вас… у тебя… карьера!

– Не дергайся, чувиха, не получится в операторы – в поломойки пойдешь, будет и у тебя карьера! – заржал бритый пацан. – Докажешь папе, что ты еще и урны классно выносишь!

Пухленькая девчонка низко опустила голову, надежда на понимание таяла, как льдинка на горячей сковородке. Аж слышно было, как шипела.

Кисонька, с изяществом профессиональной актрисы восседающая на единственном стуле, покосилась на нее со слегка презрительным сочувствием.

Она этих переживаний по поводу родителей решительно не понимала. Кисонька давно заметила, что обычно с фанфарами и развернутыми знаменами с надписью «Мой ребенок лучше всех!» ходят родители таких чучундр и олухов, таких пней с ушами, что без слез не взглянешь, без противогаза не подойдешь. А родители по-настоящему продвинутых ребят вечно ими недовольны, вечно подгоняют – давай, мол, вперед и выше! Наверное, есть в этом какая-то природная закономерность. Главное, не принимать родительское ворчание слишком всерьез, и не делать то, к чему душа не лежит, только потому, что папа не так высказался.

– А вышиваешь ты хорошо? – звонко осведомилась она у девчонки.

Та молча сунула Кисоньке под нос край своей черной юбки. Шерстяной подол был украшен такой же черной вышивкой шерстью. У Кисоньки заблестели глаза – она даже забыла, зачем, собственно, сюда явилась.

– Извини, а сколько это будет стоить?

Рот девчонки приоткрылся, превращаясь в маленькую округлую букву О:

– А ты мне что, заплатишь? Деньгами?

– Ну помыть у тебя полы я вряд ли соглашусь, – с чопорным достоинством наследной принцессы ответила Кисонька.

Буква «о» стала больше:

– Зачем полы, не надо полы – я и сама их нормально мою, лучше деньгами, конечно… А может, у тебя и подружки есть, которые тоже захотят? – быстро спросила девчонка.