Первое правило королевы

— Юра, у нас не бывает никаких обедов, уж вам ли об этом не знать! Почему тогда после обеда вы не написали — сон? Чтобы меня лишний раз не беспокоили?!

Юра пожал широкими плечами под коричневой итальянской дубленкой и улыбнулся доброй улыбкой. Он был франт, игрок, умница, специалист по подковерным делам, и Инне не хотелось с ним ссориться только потому, что Ястребов Александр Петрович сказал ей, что она с ним спит и чтобы в будущем ни на что не надеялась. Самодовольный, наглый мужлан, уверенный, что он сильнее всех на свете!

— Спокойной ночи, Инна Васильевна.

— До завтра, Юра. Не обижайтесь на меня!

Опять добрая улыбка во все «шестьдесят четыре» зуба.

— Что вы!..

Он вдруг поцеловал ей руку, прямо поверх перчатки, и ушел в свою машину.

Осип, перегнувшись, открыл ей дверцу.

Они тронулись со стоянки как раз в ту секунду, когда на обледенелом крылечке показались первые каменные лица и бетонные тела.

Осип надавил на газ и пулей вылетел на тихую улицу, освещенную единственным фонарем — вот какой понятливый!

— Ты что такой мрачный, Осип Савельич?

— Эфир твой смотрел.

Инна замерла.

— И что? Ты из-за эфира мрачный?

Молчание, сопение, ночная дорога.

— Осип Савельич!

— Чего?..

— Что с тобой? Чем я тебе не угодила?

Молчание, сопение и все такое.

Инна вздохнула. Вот наградил бог водителем! Беда просто. Но приставать не стала. Захочет — расскажет, нет — значит, пусть сам справляется со своими глубокими и трудными чувствами.

— Чего это ты… осторожность совсем потеряла, а?

— Что я потеряла?!

— Он тебе кто? Друг любезный, что ли? Чего ты с ним играешься? Он тебя раздавит, как… — Осип поискал слово, — как бабочку весеннюю!

Инна оценила деликатность — мог бы ведь сказать «муху навозную»!

Осип помолчал и снова начал:

— Ты чего? Воспитывать его решила при всем честном народе? На кой ляд он тебе сдался?! Ну, выставила ты его дураком, ну, все поняли, что он дурак, а дальше-то чего? Он тут губернаторствовать станет, а ты — прости-прощай работа?

Инна неожиданно и очень ясно осознала, что Осип… прав.

Абсолютно. Совершенно. Неоспоримо. Как еще он может быть прав?..

— Он, конечно, сволочь последняя, чтоб ему двигатель на пустой дороге заклинило! Но ты-то чего? Отомстит он тебе так, что… мама, не горюй! Или ты надеешься, что не он… того?..

— Чего?

— Ну, что не он, а Сергей Ильич в губернаторы выйдет?

Инна промолчала.

Странно, что инстинкт самосохранения не остановил и не вразумил ее.