Первое правило королевы

Вчера ночью — неужели только вчера?! — она сказала Ястребову, что никаких его предложений принять не может, потому что она — игрок другой команды. Вчера она была уверена, что капитан этой самой команды предложит ей место — если не нападающего, то хотя бы защитника. Капитан предложил ей не то чтобы даже скамейку запасных, а барабан и дудку — развлекать игроков до и во время матча.

После матча развлекать их станет кто-то другой.

Инна даже самой себе не могла ответить на вопрос, почему Якушев предложил ей именно это.

Боялся? Не доверял? Хотел, чтобы она прошла проверку?

А если она пройдет, ей будет предложено место нападающего? Или все-таки нет?

Сегодняшним эфиром с Ястребовым она как бы отрезала себе путь в другую сторону.

Валентин Григорьевич Хруст, председатель законодательного собрания, не возьмет ее в свой штаб никогда — они слишком сильно, слишком давно и слишком открыто презирали друг друга.

Ястребов вряд ли простит ее. К двум безумным ночам сегодня добавились еще теледебаты, синие искры у него в очках, напряжение электрического поля — еще чуть-чуть, и вышибет пробки!

Все остальные кандидаты и их штабы никуда не годились, и это было всем очевидно.

Бывший «известный предприниматель», а нынче специалист по гробам и проводам в «последний путь», хорошо хоть фамилия не Безенчук. Нынешний «известный предприниматель», бывший ученый, постоянно проживающий в Израиле. Бывший заключенный — заключали его три раза, и все по ошибке, разумеется! — нынешний директор маргаринового завода. Шансов ни у одного из них нет никаких, и они прекрасно это понимают. Для них важно ввязаться в драку, чтобы до небес повысить собственный статус — кто был ничем, тот станет кандидатом в губернаторы! — и еще для того, чтобы получить от бизнеса денег побольше, упрятать их подальше и свалить все на те же выборы. Мол, дорогое это дело — в губернаторы прорываться, все ваши денежки мы употребили по назначению, а проверить это все равно никак невозможно!

— Инна Васильевна, ты что молчишь?"

"Она молчала потому, что Осип был прав, а она даже не подумала об этом, упиваясь своим сладким величием и превосходством! Но признаваться в этом она не хотела.

— Обиделась, что ли, Инна Васильевна?

— Нет, Осип Савельич. Все в порядке.

Осип помолчал немного.

— А вчера, на Ленина когда были, то… чего там случилось-то? Ты ж обещала рассказать.

Инна посмотрела в окно. До «Сосен» было уже рукой подать.

— Нечего рассказывать, Осип Савельич.