Перо бумажной птицы

Фотограф был плох, или Овчинникову поймали в неудачный момент, но сейчас, как Сергей ни старался, он не мог уловить в ее чертах ни птичьей жесткости, ни сухости. Густые каштановые волосы ниже плеч, падающие свободной волной. Большие серо-синие глаза с полукружьями голубоватых теней под ними. Озадаченно сдвинутые прямые брови: она, не скрываясь, пыталась отгадать цель их визита.

Илюшин, наконец, сел, собираясь с мыслями.

– Несколько дней назад, – начал он, – к нам пришел человек, представившийся вымышленной фамилией.

Он пересказал все до конца. Овчинникова ни разу не перебила его.

– Мы полагаем, эти четверо хотят вас убить, – закончил Макар. – Вернее, убить вас хочет Сотников, а остальных он нанял в качестве помощников. Вам что-то говорит описание его подруги? Взгляните на фотографию, пожалуйста.

Снимок был некачественный, все с той же камеры над подъездом.

– Нет, я не узнаю ее.

– А этих?

Бабкин придвинул к ней портреты Максима Калиты и Петра Ревякина.

– Какие странные лица, – недоуменно проговорила она. – Никогда их не видела. А фотография Егора у вас есть?

Сотников расписывался в договоре по поддельному паспорту и на этом снимке, сделанном недавно, был похож на себя настоящего. Однако Илюшин отчего-то протянул ей фото из институтских времен, которое раздобыл Бабкин.

"– Почему эта девочка… как вы сказали, Даша? Отчего она решила, что они хотят меня именно убить?

– Вы не держите в домашнем сейфе столько денег, чтобы затевать ради них серьезную и масштабную операцию, – это раз, – сказал Илюшин. – В группе вашего бывшего мужа двое людей, владеющих холодным и огнестрельным оружием, – это два. И Сотников считает вас виноватой в своей разрушенной судьбе – это три.

Повисло молчание.

– Простите, что с пунктом три? – переспросила Вероника. Она как будто впала в странную рассеянность после того как Макар показал ей фото молодого Егора.

– Сотников рассказывал Белоусовой, что вы посадили его и отняли его бизнес.

– А-а-а… Да-да, бизнес.

Она выдвинула ящик, достала очки в дымчатой оправе. Надела и взглянула на сыщиков так, словно только что их увидела.

– Я очень ценю, что вы пришли ко мне и предупредили меня.