Переводчик с эльфийского языка

В крупных городах имелись маги, ликвидирующие любые пожары. Они накрывали горящие дома сетью наподобие той, что использовал Кариэль для магической изоляции комнаты, и таким образом убирали приток воздуха. Здесь же только добровольцы с ведрами и лопатами.

Томас Гудн продолжал сокрушаться и причитать, сколько сил и денег в этот домик вложено. При воспоминании о каждой новой вещи градоправитель хватался поочередно то за голову, то за сердце.

– Греющий контур! Подача воды в дом! Холодильный ларь! А мебель! А утварь! Ее жена на наши деньги из столицы заказывала!"

"Злата стояла рядом понурая.

– Скажи ему, что Алария все возместит, – не выдержал Кариэль.

Да, эльфийский правитель, которому мастер поиска подчинялся напрямую, вряд ли будет счастлив, подписывая платежную ведомость. Но не зря же Лариант просил его работать потише и не привлекать лишнего внимания.

– Но мы же правда не виноваты, – попробовала не согласиться девушка.

– Не виноваты, – подтвердил Кариэль. – Но это было эльфийское посольство, выделенное нам людьми. Эльфы все равно несут за него ответственность.

– Хорошо, – согласилась девушка и подошла к градоправителю, сообщая ему радостную новость.

– Ну хоть что-то, – проворчал Томас Гудн, не особо успокоенный, но все же переставший убиваться по каждой занавеске. – А то два пожара за ночь.

– Два пожара? – удивилась Злата.

Кариэль тоже напрягся, сразу предчувствуя неладное.

– Эльфийский ресторан сгорел, – вздохнул градоправитель. – А ведь только открылся! Такое многообещающее заведение! На него город ссуду помогал взять. И тут такое…

Кариэль прикрыл глаза, чтобы не выдать себя и угомонить татуировку.

Ну что ж, кто-то оказался очень быстрым и шустрым. Сразу уничтожил все следы.

Разумеется, с ресторатором он все равно поговорит, но на руках у него уже никаких доказательств не будет. Образец Лунного шепота, привезенный с собой, и тот остался в доме, в котором только что с оглушительным грохотом обрушилась крыша.

– Вы видите, кто-то в Озерках действует против эльфов! Это же, это же… расизм! – возмутилась Злата.