Перехватчик. Разборки третьего уровня

Ты ведь знаком с Вахидом Тожиевичем Самандаром, президентом МИЦБИ?

– Вы прекрасно знаете, что знаком.

– Он кандидат в Союз Девяти. О чем идет речь, понятно? Желательно, чтобы ты ему помог. Для чего необходимо убрать маршала «СС» Хейно Яановича Носового. Думаю, в этом случае проблема этики решена, потому что Носовой по всем законам – носитель зла. Не так ли?

– Кто взвесит зло? Может быть, вы по тем же законам не меньший носитель зла. – Василий, уже получивший предложение Самандара, продолжал соблюдать внешнюю невозмутимость.

Рыков не мог знать о визите Самандара к Котову и о его просьбе помочь, но совпадение предложений навевало кое-какие ассоциации.

– Почему именно вы проявляете заботу о Самандаре?

– Дело не в нем лично, просто он подготовлен к работе в Союзе, дело в Хейно… э-э… Яановиче. Носовой перестал быть одним из, некоторые его действия идут вразрез с волей Девяти. Он должен уйти.

– А разве Союз не решает сам вопросы отставки того или иного члена? Путем голосования, например? И разве вы не теряете секретность деятельности Союза, привлекая к своим проблемам непосвященных? Ведь ваша организация называется Союзом Девяти Неизвестных.

Неизвестных! А я уже, по сути, знаю троих. Или вы меня потом, после выполнения задания, ликвиднете?

– Отвечаю по порядку. – Рыков был само терпение и кротость. – К сожалению, голосование на нынешнем этапе отношений невозможно, в Союзе образовались три коалиции, и решающего большинства голосов набрать не удастся. Что касается тайны… да, Неизвестные должны оставаться неизвестными, но и они при выполнении своих планов опираются на простых смертных.

А особо приближенные иногда становятся людьми Внутреннего Круга. Так что у тебя есть перспектива.

– Благодарю покорно. Я и сам иду в нужном направлении. А если я откажусь?

Рыков не ответил, но и без того ответ его был ясен.

– И все-таки мне надо все взвесить."

"– Взвешивай, – неожиданно легко согласился Генеральный Судья «Чистилища», встал и словно навис над Василием огромной стеной, хотя даже стоя едва ли доставал ему, сидящему, до макушки.

Постоял немного и тихо удалился, не сказав больше ни слова. Это было мысленное предупреждение, слабый энергоинформационный выпад, смявший эфирную оболочку – ауру Котова, но он этого не понял, посчитав свои ощущения реакцией на разговор.

Через минуту в дежурку зашел озабоченный Каледин.

– Что он тебе сказал?

– Посоветовал думать, прежде чем совать голову в петлю.

– Хороший совет.