Парфюмер для демона, или Невеста с секретом

И кого же я увидела, когда, нагруженная стопками документации, запирала свою лавку?

Лорда Теодора Вассаго, вот кого. Ишь, какой упертый в своем любопытстве оказался демон. Настойчивый.

— Позвольте вам помочь, леди?

Я закатила глаза и взгляд уперся в мою вывеску с какашкой. Она, конечно, всегда меня раздражала, но сейчас особенно.

Боже мой, ну кто? Кто додумался тут ее присобачить?

— Да, вы можете помочь, лорд Вассаго, — решительно сказала я и указала пальчиком. — Снимите, пожалуйста, ЭТО отсюда.

Вассаго посмотрел на какашку, будто впервые увидел. Задумчиво так — видно, когда шел сюда, к вывеске особо не приглядывался. После чего изящно махнул рукой, и деревянная образина с ужасающим стуком рухнула на землю.

— Закрываетесь, леди? — сунулся хозяин соседней пекарни. — Почем помещение продавать будете? А то я тут расширяться планирую.

— Не дождетесь, — отрезала я. — Кстати, за пять су можете порубить ее на дрова.

Пекарь сказал, что пять дороговато — сторговались на трех.

В конце концов, стопки были увесистыми и оттягивали руки, потому я согласилась. Пусть несет, раз ему так хочется. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Хотя, паршивой овцой лорд Вассаго не был, а был очень блестящим во всех отношениях демоном.

Не привлекательнее Фораса, но все-таки.

Кстати, строго говоря, он тоже не тащил документацию — стопки просто-напросто плыли за нами по воздуху.

И приглядывался. Я прямо чувствовала, как приглядывался.

Поэтому я отвечала односложно или молчала. Все больше думала. О своем."

"Если дела пойдут так и дальше, придется закрывать лавку и переезжать в хостел. Или выходить замуж за Грегори Педера.

Ни того, ни другого мне не хочется. А от мысли о том, как будут злорадствовать тетя Порция и Джулия, становится совсем паршиво.

Ну, уж нет! Не дождутся!

Я им еще покажу.

23 глава

За бумагами я просидела не одну ночь. И даже не две.

Мэг приносила мне большую кружку крепчайшего кофе и стакан молока для Дарси.

Скоттиш с аппетитом выпивал его, а потом наглым образом засыпал на краю моей кровати, свернувшись в серо-голубой клубок.

Я же, прихлебывая ароматный напиток, до утра разбирала непонятный мелкий почерк Катажины. Сверяла, сопоставляла. Раскладывала все по полочкам.