Падение Ворона

– А сомнение все же имеется, – неожиданно вмешался Лакировщик. – Она, все же, из ментовских!

Пит Лисица помолчал, почесал в затылке, вздохнул.

– Менты, пацаны, это менты. А прокуроры – это прокуроры. А есть еще судьи. И воры есть, и блатные, и собаки, и волки, и белки-стрелки! Вы хоть разбирайтесь, не валите всех в одну кучу. Неграмотно это. Можно, конечно, но сразу видно, что грамотешки мало!

Он замолчал. И все молчали. Лакировщик ждал ответа, не зная, каким он будет. Но ответ оказался мирным.

– Скажи мне, братское сердце, сколько ты отстёгиваешь ментам, когда твоих людей на угоне вяжут?

– До хрена! Бывает, что и по две машины за одного отдавать приходится, и то только чтобы срок убавить…

– А если через эту прокуроршу сможешь свои вопросы решать, разве плохо будет?

– Да нет, не плохо… Хорошо… Только не доверяю я им…

– Не доверяет он! Раньше вообще с ментами было западло дела иметь… А потом на союзной сходке решили: свою пользу с них получать, а за это до десяти процентов общака отстегивать! И что, вы впервые про «красные крыши» слышите?

– Да нет, – вмешался Удав.

– Ну, да, – кивнул Крест. – Дело обычное.

Лисица кивнул.

– Если дело обычное, чего вы к Ворону привязались? Мало ли кто на ком женится? Или Ворон обязательно должен жене в спальне наши дела сливать? К оперу «на стрелку» ему уже сложно было бы бегать?

– А ведь такой вопрос уже был у нас на сходке, – ехидно сказал Клоп.

– Было, – подтвердил Цыга. – Только наоборот: Наташка-зажигалочка за участкового замуж собралась. Ну, и решили, как положено.

– О! Так у вас уже прецедент имеется? – усмехнулся Пит. И видя, что блатные в недоумении закрутили головами, спрашивая друг у друга, засмеялся.

– Скажи им, Ворон, что это за слово мудреное!

– Аналогичный случай, – ответил Ворон, не задумываясь.

– Вот потому этого парня в Москве уважают, – сказал Лисица.

Пит повернулся к Кресту.

– Так что решим, братское сердце?

– А чё я? Тут сходка решает, – мрачно сказал он.

– Так спрашивай у сходки!

– Ну, что, бродяги, как решать будем? – спросил Крест.

Босяки, перешептываясь, зашевелились. Лисица внимательно смотрел – как поднимают руки.