Падение Ворона

Лоцмана не любили, как и Гарика."

"Крест поставил вопрос, сходка проголосовала за «наказать». Как наказывать не уточнялось: может, всему обществу поляну накрыть, может, Ворону какую-то компенсацию выкатить, может, девчонке денег дать… Но у Лисицы был свой, верный рецепт, гораздо более простой и очень действенный.

Он сделал знак Соболю, тот схватил Лоцмана за руку, рывком разогнул, одновременно выворачивая локтем вниз, и с размаху сломал об колено. Раздался хруст, вопль и Лоцман без чувств рухнул на пол. По залу прокатился вздох изумления.

– Давайте, братва, везите кореша в больничку! – сказал Лисица, обращаясь к Знающим. – Дружба – это не только бражничать, это и на могилу приходить!

От его взгляда и, правда, веяло свежей могилой.

Стонущего Лоцмана вынесли из зала. Пит осмотрел оставшихся ледяным взглядом.

– Еще предъявы к Ворону есть?

Предъяв не было, во всяком случае, никто их не озвучил. Дело явно шло к концу. Клоп поднялся, разминая ноги, за ним Карпет, их примеру последовали остальные.

– А у меня есть предъявы!! – рявкнул Лисица и повернулся к Кресту.

Братва заинтересованной толпой сгрудилась вокруг. Крест коротко рассказал историю с Пашкой Бузой.

– Давай всех Знающих сюда! – приказал Лисица. – Ссученным жизни нет. Если на Ворона хоть пятнышко подозрения ляжет, я его сам завалю!

Услышав, о чем идет речь, сквозь толпу протолкался возбужденный Гангрена.

– Малява от Пашки была, – торопливо, глотая слова, начал он.

Лисица слушал с каменным лицом. Когда Гангрена закончил, черты смягчились.

– А раз так, то метлы привяжите! – приказал он. – Чтобы имя Ворона рядом с никаким говном не вспоминали!

– Так и будет, – кивнул Гангрена. – Я все равно иуду найду. От меня еще никто не уходил…

– Ну, и ладушки! – кивнул Пит.

– Гарик, что ли? – спросил Крест. И шепотом закончил: – Знаешь, Пит, это пацан авторитетный. Не надо его форшмачить…

– Ну, раз ты за него мазу тянешь. – Пит махнул рукой. – Тогда ладно, заканчиваем! А то я хотел его на пять минут с Вороном поставить. Один на один!

Ворон и Гарик встретились взглядами.

– Я бы ему еще нож дал, – презрительно улыбнувшись, сказал Ворон.