Отец для двоих

Столкновение с реальностью оказывается фатальным. Мою душу крошит на мелкие частички, мое сердце нанизывается на острие боли, которая разрывает его на части.

Прийти в себя, как не странно, мне помогает горячий душ. Огненные струи ударяются о мое тело, словно языки пламени. Я быстро растираю кожу до красноты, вымываю волосы шампунем и выбираюсь из душевой. На часах почти восемь. Из номера я выхожу в половине девятого. Стучусь в соседний."

"Чем ближе становятся шаги по ту сторону двери, тем сильнее мне хочется спрятаться.

Дверь перед моим носом распахивается резко и неожиданно, хотя именно этого я и ждала.

— Доброе утро, — говорит Макар, пропуская меня внутрь.

Тимофей уже не спит. При виде меня радостно спрыгивает с кровати и подлетает, обнимая.

— Давно проснулся?

— Давно, — говорит обиженно. — Ждал, когда ты придешь, чтобы позавтракать.

— Он минут пятнадцать, как проснулся. Я попросил его подождать, пока приму душ, — раскрывает сына Макар.

О том, что я вчера согласилась позавтракать с Ником, вспоминаю в лифте, но ни Макару, ни Тимофею ничего не говорю. Как о таком сказать? Они оба настроены позавтракать втроем, а я скажу, что не могу? Легче отказать Нику, но ему еще нужно признаться в том, что случилось между мной и Макаром, когда он ушел. Вместе с отказом с ним позавтракать это будет выглядеть по-скотски, но другого варианта просто нет.

Через две минуты после того как мы заходим в ресторан сын находит нам всем свободные места. Берет меня за руку и тянет к столику, усаживается и командует нам с Макаром:

— Я буду апельсиновый сок и блинчики с йогуртом.

— Полагаю, отказ в обслуживании не принимается, — говорит Макар и обещает сыну исполнить его желание.

Внутри ресторана мы расходимся. Есть мне совсем не хочется, но я все же беру себе овсянку с молоком и ягоды.

Обхожу ресторан несколько раз и иду к столику, который мы заняли. Макар и Тимофей уже сидят с тарелками. Я приземляюсь на стул рядом, ставлю свою тарелку на стол. Завтракаем молча. Я украдкой посматриваю на вход — Ника нет.

— Хочу десерт! — заявляет Тимофей после еды.

— Иди выбери себе, — отпускает его Измайлов.