Отдана за долги

Помочь ей ты можешь только здесь.

Его рассказ задевает что-то внутри меня. Когда он говорит о своей матери, что-то в его глазах меняется. Но стоит ему взглянуть на меня, как опять возвращается эта жестокость и ненависть.

Да, мне, наверное, в чем-то жаль его. Но моя мама жива и нуждается во мне. И я должна бороться за то, чтобы быть рядом с ней.

— Но ты же получил свое! — возмущаюсь. — Ты же не собираешься держать меня здесь взаперти вечно?

Откуда-то во мне появляется уверенность. Может быть, потому что я впервые вижу хоть какие-то эмоции на его лице.

Вижу, что он злится. Но не боюсь. Хотя чувствую скрытую угрозу. Опасность, исходящую от него.

— Что же я получил? — усмехается и продолжает расстёгивать рубашку.

Я не решаюсь ответить. Прикусываю губу. Опускаю взгляд. Чувствую, что краснею. Но собираю всю пока несломленную силу воли и произношу:

— Вы лишили меня девственности. Стали первым. Разве Вы не этого хотели?

И решаюсь посмотреть ему в глаза.

Но в них опять холод.

— Нет, — произносит он. — Ты не исполнила мой приказ.

От возмущения я начинаю глотать воздух. В конце концов, немного успокоившись, спрашиваю:

— Как Вы можете? Ты… Вы же видели все сами!

— Ты про кровь?

Его вопрос опять вгоняет меня в краску.

— Ты же сама сказала, что у тебя месячные. Эти пятна крови не из-за того, что я порвал твою целку. Ее уже там не было. Ты ослушалась. Поэтому будешь наказана.

— Меня будут искать. Уже ищут, — говорю я. — Вас посадят.

— Тогда твоя мать умрет, а отец сгниет в тюрьме.

Он так спокойно говорит об этом, как будто о погоде на завтра.

— Не забывай, — сквозь зубы цедит он и делает ещё один шаг ко мне, — я твой хозяин. Ты принадлежишь мне. И долг пока не погашен.

Подходит совсем близко, кладет ладонь мне на горло и прижимает к стене.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

31. Дамир

Двое суток я пытаюсь выбить эту девку из башки. Сука.

У меня и до нее были девственницы. Но почему-то именно первый секс с ней никак не хочет выходить из моей головы.

И чувствую, как по позвоночнику пробегает волна электрических искр.

Я всегда мог контролировать свои эмоции. Но не с ней.

Каждую нашу встречу мне стоит больших усилий оставаться холодным. Она разжигает во мне то, что запрятано давно и глубоко. И я не хочу доставать это.

Эта ее способность злит меня больше всего.