Отбор для Короля волков

Аглая поняла, что больше всего хочет услышать, как он рычит, когда вбивается в ее тело. Или он будет рычать, кончая? Нет, нельзя думать об этом. Только не в его руках.

— Не могу учуять твой аромат… Ты течешь? Призна-а-айся…

Снова это возбуждающее утробное рычание, от которого внизу все пылает. Ничего она ему не скажет. Ни слова.

— Здесь вы, Ваше Высочество, лучший охотник на ведьм. Вот сами и узнайте, что со мной происходит.

— Не могу… Пришлось рассыпать черный могильник, чтобы никто твой запах учуять не мог. Думаешь, я бы позволил им чувствовать твой аромат? Отвечай! — Он грубо встряхнул ее, оттягивая назад голову, обнажая шею.

— А то что ты со мной сделаешь?

Ну зачем, зачем она его провоцирует? Чего добивается?

Дамазы наклонился и лизнул ее шею. Медленно провел языком от впадинки между ключицами до подбородка.

Колени подогнулись от удовольствия, от ощущения горячего шершавого языка на коже, от покалывания грубой щетины. Как же сладко…

— То, что делаю со всеми ведьмами… Хочешь знать, как пытают ведьм? Или хочешь на своей гладкой белой коже ощутить? Но сначала проверю, насколько узко у тебя между ног.

Он отпустил ее волосы. Нажал пальцем на нижнюю губу, а другой рукой сжал попку. Возбуждение смешалось с яростью. Он продолжает считать ее доступной шлюхой.

— Не молчи, ведьма… Не молчи-и-и… Мне подставишь все свои дырки! Будешь умолять, чтобы я тебя в них трахнул.

— Ты чокнутый. — Аглая ударила кулаком по каменной груди. — Чокнутый монстр! Кричи еще громче, кто я.

Он рассмеялся. Низким гортанным смехом, откинув голову назад и вновь обнажив острые клыки.

— Боишься, княжна? Такая храбрая в лесу была… И такая робкая здесь. Не бойся. — Он неожиданно ласково погладил ее по щеке. — В моем клане тебя никто не тронет. Даже если будешь колдовать… Без моего приказа к тебе даже не приблизятся. Здесь никто не властен, кроме меня. Теперь ты в моей власти.

Он, не хотя, отвернулся и увлек ее за собой еще дальше. Его клан… Вот, куда он ее привел.

Перед глазами мелькали черные и голубые шатры. Трепетали стяги. Аглая пыталась рассмотреть, что на них изображено, но темнота и ветер не давали этого сделать.

Молчаливые воины, которые встречались им на пути, казались каменными изваяниями. Жуткие шлемы скрывали лица, но не могли скрыть хищного мерцания глаз.