Остров Смертушкин

Что же еще делать, кроме как сидеть у камина, кутаясь в шерстяной плед, и, попивая имбирный чай, размышлять о вечном, доверяя свои фантазии и мысли бумаге?

Вот и Мария на протяжении многих лет писала книгу, которой так и не суждено было увидеть свет. Хрупкая блондинка, извергающая монотонный тяжеловесный текст, – в этом было что-то трогательное и даже почти сексуальное. Во всяком случае, так считали ее мужчины, а каждому из них Мария, конечно, зачитывала отдельные главы. Во мраке полярной ночи еще совсем юная Мария рассказывала своим любовникам о древних хтонических богах – так, как она сама их представляла.

"Когда-то в великом Вавилоне каждая женщина должна была единожды в жизни провести ночь с незнакомцем во славу богини Милитты. Сотни женщин сидели на полу храма, с повязками из веревочных жгутов на голове. Чужестранцы подходили к женщинам и бросали им в подол монеты со словами: «Призываю тебя на служение богине Милитте!» После этих слов избранница должна была удалиться с заплатившим. И это была не проституция, а священное занятие. Каждая женщина Вавилона проходила через этот обряд один раз в жизни – ни за какие богатства мира невозможно было купить ее нежность вторично.

Дикарки африканских племен, заламывающие черные руки в экстатическом древнем танце, – низкие частоты самой Земли пульсируют в их горячей крови, сама природа говорит с ними на неведомом языке. Античные иеродулы, знакомые с искусством божественного экстаза и способные познать само небо через объятия чужих рук. Мужчины приходили к ним, чтобы заняться любовью, и многим из них было неведомо, что сама Вечность смотрит им в лицо из глаз обнимающей их жрицы.

Любовники Марии редко вслушивались в ее слова внимательно – важнее было вдохновение, которым она лучилась, зачитывая свои тексты. Ее перебивали на полуслове, впивались губами в ее рот, не давая договорить, опрокидывали на пол.