Ошибка

Семейные праздники наши с Тимуром, на которых не будет ни папы, ни мамы, ни братцев-сестер. Жизнь, разорванная напополам, душа, разорванная напополам, которой не суждено стать единой… Слезы хлынули так, что щек не хватало, закапали на отцовский стол, растекаясь солеными лужицами.

Отец поднялся из-за стола, обошел меня сзади и обнял за плечи.

– Что делать, что делать… – проворчал он. Его голос странно дрогнул. – Свадьбу назначать.

– И ты придешь? – всхлипнула я, пытаясь перестать реветь. Не получалось. – Па-а-ап, ты точно придешь?

– Приду, конечно…

Я подскочила с места и крепко-крепко его обняла, уткнувшись носом в джемпер, который мгновенно стал мокрым.

– Но на дорогие подарки не рассчитывай, – папа похлопал меня по спине.

– Да это уже подарок! – я счастливо рассмеялась сквозь слезы, повиснув у него на шее и чмокая в родную колючую щеку.

– Ладно, невеста, давай заканчивай этот водопад и беги устраивай свое счастье.

Я уже собиралась выскочить из кабинета, пока он не передумал, но тут вспомнилось еще кое-что.

– Пап, а как мы скажем это маме?

– Мы? – с сомнением спросил он.

– Мы, – твердо сказала я.

– Добро. Приезжайте вечером. Вместе, – это слово явно далось ему тяжело. – А я уж я ее как-нибудь подготовлю.

Эпилог

Обычно в любовных романах все заканчивается свадьбой, а у нас со свадьбы все началось. Правда, не с нашей, но кого волнуют эти детали. Наша же свадьба не была пышной. Красавицы не щеголяли в нарядах от кутюр, и не заключались крутые сделки.

Мои родители, Игорь, Маришка и дородная дама регистратор. Вот, собственно, и все. Сестрица Аленушка решила не прилетать из своих волонтерских далей. «Дорогая, ты слишком часто выходишь замуж, я так разорюсь!»

Братца тоже не было: родители решили не срывать его из лагеря. Ребенку нужен свежий воздух, озеро под боком и развлекательная программа с кострами и подвижными играми. «А не гулянья на регулярных свадьбах сестры», – шепнула на ухо мама.

Маришка на нашу свадьбу явилась при полном параде и со сковородкой наперевес. Подарила мне ее, отвела в сторонку и заговорщическим тоном поинтересовалась: не удерживают ли меня силой и не нужно ли добавить к сковородке еще и веревку, чтобы треснуть, так сказать, молодого мужа по голове и спуститься вниз из высокой башни, где он меня, должно быть, удерживает.