Осенний призыв попаданок

Переоденутся в эльфов, гномов, вампиров и ходят, радуются. Вот только как она-то у них оказалась?

Неожиданно всплыло воспоминание пятнадцатилетней давности. Тогда племянник болел ветрянкой, и альтернативно одарённый братец Анны и его такая же жена сплошняком покрасили зелёнкой лицо, шею и руки сынишке. Нет, детёныш искренне радовался, вопил, что он халк, потрясая зелёными кулачками. Вот только отмывали «халка» после креатива родителей месяца два.

Анна хихикнула и решила игру косплейщика поддержать. Кстати, парнишка по внешности напоминал китайца, и цвет кожи имел не ярко зелёный, а светло-оливковый.

В чёрных миндалевидных глазах светился ум, ресницам позавидовала бы любая девушка, волосы цвета воронова крыла оказались собраны в высокий хвост, губы тоже оливковые, но на пару тонов темнее кожи, заставляли поневоле восторгаться наложенным гримом.

— Ты гоблин? — спросила Анна, слегка улыбнувшись.

— Ой, простите, я не представился. Мастер Тамико к вашим услугам, досточтимая попаданка. Да, я отношусь к расе гоблинов.

Не соизволите ли назвать ваше имя? — попросил косплейщик.

Анна села на кровати, отметив, что на ней всё то же праздничное платье. Она уже собралась ответить в том же духе, даже склонила голову. Но тут на плечо упал волнистый локон. Подёргав, Анна убедилась — не парик, волосы её собственные, хотя последние пять лет она носила исключительно короткие стрижки.

— Это сколько же я в коме пролежала? — спросила она, широко распахивая глаза и лихорадочно оглядывая парня и помещение, где находилась.

Ничего особенного — безликая обстановка гостиничного номера, освещение, ночь за высоким окном.

— Вы находились без сознания один час, ваше земное время совпадает с нашим. Срединный мир всегда омолаживает попаданок, тех, что постарше, и излечивает по необходимости при переходе. Сейчас вам примерно двадцать лет, — пояснил Мастер Тамико, Анна даже имя с первого раза запомнила.

— Зеркало есть? — спросила она пересохшими губами.

Гоблин — неужели настоящий? — протянул бокал с водой. Дождался, пока Анна сделает несколько глотков и кивком показал на ранее не замеченное большое зеркало неподалёку от двери.

Анна встала с кровати и, проигнорировав туфли, рванулась к зеркалу. Да, это она в двадцать лет. Хотя, не совсем так, её улучшенная копия. Грудь на размер больше, талия тоньше, зад более упругий.

— Да уж, поговорку: в сорок пять баба ягодка опять, я представляла несколько по-другому, — высказала Анна пришедшую на ум мысль, оглядывая себя со всех сторон.