Операция 'Одиночество'

Нильсен рухнул, мгновенно потеряв сознание.

Он очнулся с болью во всем теле. Постепенно приходя в себя, он решил, что его все же шарахнули чем-то по голове - боль была невыносимой. Он дотронулся рукой до затылка - рука нащупала мокрые и липкие от крови волосы. ""Камнем... а может и палкой"" - подумал он оглядываясь. Он лежал во дворе все того же дома, у забора, в канаве. На костюм было страшно смотреть. Быстро оглядев карманы, он убедился что все самое ценное - бумажник с деньгами и кредитными карточками, часы, золотая ручка и документы - все исчезло.

На самом дне внутреннего кармана он нащупал маленький конвертик - слава богу, что он не догадался сунуть конверт в бумажник - грабители, похоже, просто не нашли его. Нильсен, поскрипывая зубами от боли - похоже после удара по голове его еще и били ногами - вышел на улицу. Первый же прохожий, у которого он спросил о времени, дико посмотрел на грязного, оборванного мужчину, но все же ответил. Ханс выругался - шаттл ушел не менее часа назад, теперь придется добираться неизвестно на чем. Хорошо хоть при нем осталась идентификационный браслет, его не так-то просто снять с руки.

Он вступил на борт ""Санта Лючии"" спустя семь часов, измотанный до предела. Но у него еще хватило сил переодеться, доложить о прибытии капитану, распечатать конверт с адресом - Кемт, координаты... данные для прыжка... - и связавшись с эскортом - эсминцем ""Проворный"" передать им программу полета. Потом он ввел цифры в навигационный компьютер и, только когда огромный лайнер ушел на струну, позволил себе уйти в каюту и там забыться беспокойным сном.

И никто так и не удосужился проверить, не был ли конверт вскрыт раньше...

Звезда универсалиста

Сознание возвращалось медленно. Постепенно Дик начал что-то воспринимать из окружающей действительности. Глаза он открывать не стал. В памяти сохранились последние моменты перед беспамятством. Он помнил четыре звена ""Рапир"", одновременно набросившихся на него, помнил, как стрелял... кажется, успешно. Помнил как в конце концов был вынужден рвануть рычаг катапульты.

Еще помнил, как пристегнутый к креслу, он кувыркался среди обломков своего ""Палаша"" и смотрел на приближающуюся громаду авианосца... чьего? А потом бешено вращающийся обломок обшивки врезался в голову. Шлема он, конечно, не пробил, но от удара он, видимо, потерял сознание. ""Так все-таки, чей же был корабль? Может, наш... но откуда... ""Элеонора"" шла на задание одна... или нет? Или это была ""Элеонора""...