Опасный министр

— Нет, — качаю головой и смеюсь.

Яр прижимает меня к себе. Вокруг снуют толпы туристов, гудят голоса на самых разных языках, раздаются звуки приготовления всей этой дичи, что тут на прилавках, а мы замерли в объятиях друг друга. Он отрывает меня от земли и медленно крутит в воздухе, а потом переплетает наши пальцы, чтобы продолжить путь дальше.

Мы заходим в сувенирные магазины, я покупаю разные мелочи для Ани, Яны и Паши. У нас в редакции принято привозить лакомства из командировок, поэтому беру килограмм китайских конфет.

После Ванфуцзина мы просто гуляем по Пекину. Особо не разбираем путь. Здесь в центре все шумит и светится, как в Москве. Город не спит. Я никогда не уезжала дальше Европы, и это очень необычное ощущение — находиться на другом конце земного шара.

Кажется, что здесь все должно быть иначе, чем в нашем европейском мире, но это не так. Местный колорит присутствует, но тем не менее Пекин — это обычный крупный мегаполис с множеством автомобилей, пробками на дорогах, толкучкой в метро и спешащими по тротуарам горожанами.

Я уже валюсь с ног и мечтаю поскорее оказаться в кровати, но Ярослав говорит, что остался последний пункт нашего маршрута. Мы снова спускаемся в метро и едем несколько станций с пересадкой. Выходим в обычном жилом районе с многоэтажными домами и идем по освещенной фонарями улице.

Яр останавливается у небольшого кафе с панорамными окнами, в которых виднеются посетители.

— Я больше не в состоянии есть, — хнычу.

— Надо!

— Это та самая забегаловка?

— Да. Последняя точка нашего маршрута. Пойдём."

"И он уверенно тянет меня внутрь. Нас сажают за длинный прямоугольный стол у окна. Я даже не смотрю меню. Ярослав делает заказ, и через десять-пятнадцать минут наш стол заставляют огромным количеством блюд.

— Зачем так много? — удивляюсь.

— У китайцев все порции на компанию.

Утка по-пекински, несколько видов креветок, тофу, картофельная стружка, жареная в масле, какие-то салаты… Пробую всего по чуть-чуть.

И да, это кафе — самая настоящая забегаловка с обшарпанной мебелью для местных жителей.