Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

Она жутко стеснительная.

Она. Девушка!

Капец. Конец года решил нас знатно удивить.

— Солнышко, ты где?

«Солнышко»…

Это обращение бьёт под дых. Да кто там такая, что брат к ней так обращается?!

Мирон вытягивает руку, чтобы обнять спутницу. Она, судя по цокоту её каблуков, подходит всё ближе и ближе. В дверном проёме, похожем на арку, появляется девушка, от которой сердце падает вниз, а дыхание пропадает, будто на секунду я умер от увиденного.

Так и есть. Органы перестают работать все до единого. Даже мозг отказывается воспринимать голубоглазую блондинку с любимым телом, облачённым в белое атласное платье на тонких лямках.

Я моргаю несколько раз, завидев скромную смущённую улыбку.

Показалось?

Я свихнулся, раз вижу в этой девушке Ульяну?

Мою маленькую, хрупкую Ульяну, которая достаёт Бодрову максимум до плеча. Как и мне. Даже на невысоких каблуках.

— Здравствуйте, — от нежного и ласкового голоса тело цепенеет. Рука непроизвольно тянется к её талии, чтобы обвить и приблизить к себе.

Рука моментально при одной этой мысли плетью падает вдоль тела.

Они… знают?

Брат обнимает её не как девушку. Это немного успокаивает, но в то же время поднимает шквал ярости, растерянности и недоумения. Бешеный коктейль, от которого мутит, а голова кружится.

Что она здесь делает? Разве она не должна быть дома?

Почему стоит здесь, рядом с моим братом?

Ответ у меня только один.

Какая она красивая… Её вечно чуть волнистые светлые волосы крупными локонами спадают по груди. А платье это… Белое, невинное, жутко ей подходящее.

Чёрт, если бы я мог, сейчас бы обнял её и поцеловал.

Сдерживаю этот порыв.

— Здравствуйте-здравствуйте, — проговаривает отец. — Как зовут твою спутницу, Мирон?

— Ульяна, — она представляется сама, протягивая свою хилую аккуратную ладошку.

— Приятно познакомиться, — мама, растерянная, тоже отвечает на рукопожатие.

Говорит это, а сама не верит.

Блять, голова пухнет, и я не представляю, что делать, как реагировать. Схватить её и молча увести отсюда? Или продолжить весь этот фарс, делая вид, что ничего между нами нет?

Мирон наверняка уже всё знает. И рассказал ей.

Рассказал?

И что она теперь думает? Ведь считает, что мы братья.