Охотник

Группа поползла к реке. Пока Фирсов наблюдал за часовыми, он обратил внимание, что немцы следят за дорогой, не обращая внимания на реку. Вот по льду реки командир и решил подобраться к мосту поближе.

Разведчики выбрались на лёд. Морозы зимой сорок первого года были лютые, лёд был толстым, и выдержать мог не только группу людей, но и гружёный грузовик.

Стемнело. Фирсов поглядывал на часы. Немцы ещё передвигались по дороге при свете синих фар, но машин становилось всё меньше и меньше. Потом пришёл грузовик со сменой караула.

Отстоявшая своё на часах, замерзшая смена погрузилась в грузовик, предвкушая отдых в тепле.

— Вперёд!

По льду разведчики поползли к мосту. Белые маскировочные халаты делали их в темноте, на фоне снега, невидимыми для часовых.

Подобрались близко — было слышно, как переговариваются часовые. По Уставу караульной службы на посту нельзя разговаривать, принимать пищу, курить и спать. Но война вносила свои коррективы, и немцы, педанты во всём, в боевых условиях устав нарушали.

Фирсов ткнул пальцем в часового и в грудь Кропачёва, потом указал на другого часового и на Богачёва. Оба разведчика кивнули и поползли к указанным целям. Остальные выжидали, приготовив оружие на случай неудачи. Если один из разведчиков не сможет снять часового, и тот поднимет тревогу, группе разведчиков на льду придётся туго. И даже если они выберутся на берег, проще и легче не будет.

Напряжение возрастало. Было видно, как у обоих въездов на мост маячили тёмные силуэты часовых. Что было плохо — часовые, спасаясь от ветра и мороза, непрерывно расхаживали. А снять их надо было одновременно.

Наших разведчиков не было видно.

— Минёр, твоя очередь. Парни, взрывчатку на мост!

Разведчики с грузом взрывчатки, не скрываясь, побежали по мосту. Алексей замешкался.

— Какого чёрта! Вперёд! — зло прошипел Фирсов.

Оскальзываясь на снегу береговых склонов, Алексей выбрался на мост.