Ох, охота!

То есть можно себе представить, почему старообрядцы предпочитали лук и стрелы ружьям, из которых, как говорят, стрелять можно на три метра с подбегом.

Ружьё «Зауэр»

Вероятно, огнестрельное оружие в Средние века служило больше для устрашения, поскольку исход битв решало оружие холодное. Не существовало и разделения ружей на военное и охотничье, и только с середины XVI века, как и во все века, для состоятельных граждан и вельмож стали производить дорогие игрушки, используемые в ловчих забавах. И вот тогда возник целый культурный пласт, связанный с культом охотничьего оружия, правда, в какой-то степени скалькированный с обычаев и традиций, касаемых холодного оружия, как то: искусство гравировки, серебрение, золочение, инкрустация драгоценными камнями.

Что не изделие мастера, то шедевр, достойный музея. «Кремневый» период достиг своего совершенства и постепенно сошел на нет вместе с открытием гремучей ртути, которая взрывается от удара. Так появился капсюль, придуманный, как ни странно, священником по фамилии Форсайт.

Ружьё «Зимсон»

Ружьё «Ферлах»

(Кстати, открыл тайну китайского черного пороха, то есть установил состав, монах Шварц. Вероятно, участие священнослужителей в огнестрельном деле не случайно, что-то в этом есть.) Теперь вместо кремня на пистон (брандтрубка) насаживался небольшой колпачок с мини-зарядом, который разбивался при ударе курка. Выстрел наконец-то стал почти одновременным с нажатием спускового крючка. Кроме того, капсюль открыл дорогу к оружию, заряжавшемуся с казенной части, то есть стало возможным снаряжать патроны, а это путь к скорострельности.

Однако способ воспламенения заряда был только полделом: все оружие было до поры до времени гладкоствольным (круглого и граненого сечения), и чем только из него не стреляли — свинцовыми пулями разного фасона, стальными шариками, рубленым железом и даже мелкими камешками. Польза от такого огня была не велика, пока не придумали делать нарезы в канале ствола, куда с силой загоняли свинцовую пулю.

Вращение, сообщавшееся нарезами пуле, удерживало ее в полете, отчего сразу же увеличилась дальность выстрела и поражающий эффект. После этого изобретения всякое огнестрельное оружие только совершенствовалось по числу нарезов (например, у трехлинейной винтовки — три линии нарезов), по способу заряжания и техническим решениям задач, связанных с точностью стрельбы и скорострельностью. Но принцип всегда оставался прежним.

И тем более совершенствовались боеприпасы.