Ох, охота!

Охотники знают: мясо дикого крупного зверя (лося, медведя), очень жесткое, плохо печется на углях и если варится, то долго и оттого становится безвкусным. Как известно, человек — существо всеядное, и история его развития говорит о том, что при благоприятных климате и условиях существования он больше употреблял растительную пищу, которой в нижней части четвертичного периода было предостаточно. Например, такой же всеядный медведь лишь ранней весной, от голода, когда нет ни ягод, ни посевов зерновых, ни горных рыбных рек, начинает охотиться на лосей (чаще новорожденных телят).

Исключительно плотоядным медведь становится еще и от великой нужды, когда был поднят из берлоги среди зимы или согнан с места обитания таежным пожаром, оказавшись на чужой территории. В другое, благоприятное время его пища — овес, брусника, клюква, черемуха, рябина и прочие вегетарианские блюда.

Сытый человек в древности не занимался звероловством по определению, ибо тогда еще не существовало понятия охоты ради забавы и развлечения.

Такова психология всеядных.

На мамонтов люди начали охотиться в связи с похолоданием климата и в период последующего оледенения. Возможно, после того как началось одичание человека в связи с тяжелыми условиями жизни, ничто иное не могло подвигнуть его на нарушения табу. Доказательством тому служат не только употребления грубого мяса в пищу, но еще использование мохнатых, толстых и теплых шкур в качестве постели, покрова шатров, бивней на каркас, черепов для строительства стен, а костей — вместо топлива для костров.

То есть, когда люди охотились на мамонтов, в районах его обитания уже не существовало лесов и древесины. Если так, то и растительность была скудной, чтобы прокормить стада этих гигантских животных. Наверняка они были полуголодными, заморенными, как и люди, уходящие от надвигающегося ледника. И тогда избиение неспособных подняться на ноги мамонтов трудно назвать охотой. Скорее всего, племя дичающих наших прапредков добивало отставших от стада животных, останавливалось на некоторое время, пока было мясо, набиралось сил и брело дальше.

Такого павшего мамонтенка в 1974 году нашли в вечной мерзлоте на Таймыре. Весь полуостров и прилегающую территорию (Долгано-Ненецкий национальный округ) можно считать родиной мамонтов: выветрелые кости и бивни находили во многих речках, из позвонков получались легкие и прочные табуретки. Этот же был «свежемороженым» и только чуть подпорченным, наверное еще в ту эпоху, лежал под тонким слоем растепленного грунта.