Ох, охота!

А та смотрит на него и лишь скрученным в два кольца, своим рыжим хвостом виляет…

Эту историю Николай рассказал, когда уже Варьки давно на свете не было. Лежала она в могиле на Большом Пороге неподалеку от дома, как человек, под крестом, холмик камнем обложен и вроде клумбы сделано, на которой растет всякая сорная трава. Питерские изыскатели, что работали рядом с порогом, принимали это захоронение за настоящую могилу, поскольку надпись была «Варвара», дата рождения и смерти, и все сожалели, что прожила недолго, ребенок еще — девять лет…

Для рабочей лайки промысловика эти годы — целая жизнь, наполненная самыми разными переживаниями, которых человеку хватило бы на 90 лет.

Срок жизни той же собаки в домашних, «квартирных» условиях, при соответствующем питании увеличивается до 15–18 лет. То есть настоящая, трудовая лайка израбатывается, истрачивает свой жизненный ресурс в два раза скорее. И это обстоятельство тоже делает ее похожей на человека: редкий промысловик доживает до глубокой старости…

В лайке сочетается все: детская непосредственность, когда радуется, и суровая, даже жесткая решимость, когда работает по хищному матерому зверю; чуткая осторожность и абсолютное бесстрашие, а еще безмерная любовь к человеку, особенно с ружьем.

Эти собаки умеют улыбаться и плакать, как люди, и все это отчетливо выражается на их лицах. Я не ошибся: если животное через определенные гримасы выражает чувства и внутреннее настроение, сказать, что это морда уже нельзя. Воздержание и неприхотливость в пище у лаек иногда потрясает, и становится понятным происхождение пословицы «Как на охоту, так собак кормить». Промысловым лайкам перестают давать пищу за три-четыре дня перед сезоном, на охоту она выходит голодная и в течение суток получает одну тушку белки, рыбину или немного жидкой каши. К концу сезона собака теряет до 30 % веса, становится костлявой и легкой. Но как только заглубеют снега, ее ставят на откорм, обычно варят сохраненные беличьи тушки, ондатру, рыбу — в общем, кормят отходами производства. Кстати, даже оголодавшие собаки не едят, например, тушки норки, колонка и хоря, возможно, из-за мускусной железы, но если хорошо проварить, растолочь, добавить пшенки и сделать супчик, то и это годится.

Постаревшую собаку настоящий промысловик никогда не убьет и не прогонит. А будет кормить до естественной смерти. Мне было года три, когда умирала от старости отцовская рыжая лайка Лютра.