Ох, Мороз, Мороз...

Неужели я так сильно нужен вам, Сергей Антонович? Или ради дочери стараетесь?

— Поздно, — Паша отставил чашку. — За десять лет мое терпение исчерпалось совсем.

Смирнов смотрел на него тяжелым взглядом, не мигая.

— То есть — все? — уточнил зачем-то.

— С Аленой я жить не буду, — негромко, но твердо ответил Павел. — А что с «Т-Телеком» делать — это вам решать. Думаю, в свете всего… вам потребуется новый директор. Я со своей стороны сделаю все, чтобы передача дел прошла как можно более спокойно и конструктивно.

— Конструктивно, бл*дь… — выдохнул Смирнов.

Он тяжело вздохнул. А потом снова уставился на Павла тяжелым взглядом.

— Думаешь, я не узнаю о лицензиях, которые ты получил и оформил на свою фирму?

— Нет, я не думал так, — как хорошо, что сегодня он не спал ночью. И доделал, подобрал все хвостики. Как чувствовал, что разговор этого коснется. — Я знал, что рано или поздно вы об этом узнаете.

— И? — губы Смирнова искривились — По-прежнему считаешь себе безгрешным?

— Нет, не считаю.

— Тут нет ничего твоего! — рявкнул Смирнов. — Это мой бизнес!

Так он и предполагал. Нечего и рассчитывать на благодарность со стороны Смирнова за то, что Павел в течение пяти лет управлял его бизнесом и управлял очень успешно — ее нет и быть не может. «Это мое!» — вот и весь разговор. К этому все и вернулось в итоге. Что же. Премию за добросовестный труд Паша себе выписал сам.

— Как скажете, — все так же ровно и спокойно ответил Павел.

— Для себя, — хмыкнул Смирнов.

— Это делал я. Разумеется, я делал это для себя.

Смирнов еще раз вздохнул.

— Ох и жук ты, Мороз, — он тяжело встал. — Вижу, и сегодня разговор не складывается. Ладно, — махнул рукой и вышел из кабинета.

Самым странным было то, что дальше рабочий день продолжился так, будто не было всей этой свистопляски. Офис, конечно, тихонько гудел. Но работа шла в штатном режиме, и концу рабочего дня атмосфера ажиотажа и скандала в головном офисе «Т-Телеком» улеглась. Мороз на своем месте, по-прежнему строг и требователен, проекты двигаются, работа идет.

А в пять позвонила Алена. И в ультимативной форме потребовала, чтобы Павел приехал.

Можно было послать ее.