Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)

Кирилл улыбнулся Наде и, обернувшись к казаку, кивнул.

— Гитара?

— Сейчас будет. — Рыбаков кивнул в ответ. — Не побрезгуйте к нашему столу, ваше… товарищ комкор.

Казаки, увидев, что Новиков вместе со своей дамой встал и направился к их столу, сразу организовали еще два места, а Артем Рыбаков, заткнувший ресторанный оркестр, наигрывавший танго, уже нес гитару.

— Вот… тащ комкор."

"Легко пройдясь по струнам большой концертной гитары покрытой черным, кое-где облупившимся лаком, Кирилл мощно, во весь голос запел в ритме кавалерийской рыси.

Под зарю вечернюю солнце к речке клонит,Все, что было — не было, знали наперед.Только пуля казака во степи догонит,Только пуля казака с коня собьет.Из сосны, березы ли саван мой соструган.Не к добру закатная эта тишина.Только шашка казаку во степи подруга,Только шашка казаку во степи жена[217].Эту песню еще не родившегося поэта Кирилл еще не исполнял, но коренастый пожилой аккордеонист, подошедший к их столу, мгновенно подхватил мелодию, и уже на втором куплете умело вплел свою партию, а на припеве негромко, но очень точно вступил ресторанный оркестр.

— Примите от нас… — полковой комиссар Павел Головатов поднес рюмку водки и кусок черного хлеба и со всем уважением поклонился.

— Спасибо, казаки. — Новиков лихо махнул водку, нюхнул хлеба, посмотрел на парней и со словами. — Эх, нет на меня замполита! — ударил по струнам.

Под ольхой задремал есаул молоденький,Приклонил голову к доброму седлу.Не буди казака, ваше благородие,Он во сне видит дом, мамку да ветлу.

Он во сне видит Дон, да лампасы дедовы,Да братьев-баловней, оседлавших тын,Да сестрицу свою, девку дюже вредную,От которой мальцом удирал в кусты[218].Кирилл исполнил еще пару песен, после чего вдруг как-то внимательно посмотрел на Надю и, извинившись перед казаками, подошел к аккордеонисту, который был руководителем ресторанного оркестра. О чем-то с ним поговорил, а потом они вместе пошли к сцене.

Новиков сначала наиграл какую-то незнакомую мелодию на рояле, потом пощелкал пальцем, задавая ритм, и набросал несколько строчек на листе нотной бумаги.

Звукоусилительная аппаратура для вокалиста уже не была редкостью, и когда оркестр сыграл вступление, Новиков, чуть склонившись перед массивным никелированным микрофоном, запел:

На ковре из желтых листьевВ платьице простом,Из подаренного ветром крепдешинаТанцевала в подворотне осень вальс-бостон.Отлетал теплый день,И хрипло пел саксофон.