Одаренный

 — Не сложная машина, а? Надо напоминать о своих служебных обязанностях?

— Хорошо, Ваше Сиятельство, прикажу целителям из медпункта проводить осмотр персонала…

— В обязательном порядке. Всего, — сказал отец. — В том числе и сканирование оболоков в принудительном порядке. Кто откажется — отстраняется и увозится на пятый объект до выяснения причин.

Папаша уже не в первый раз упомянул этот объект, и, судя по контексту, ничего веселого там не было. Похоже, речь шла о внутренней тюрьме клана.

— Основную раздачу я устрою с утра, — сказал он.

Когда эта несвятая двоица вышла, отец потребовал:

— Рассказывай! Только теперь правду.

— Нет уж, сначала ты. Что это вообще? — я обвел рукой помещение.

— Это и есть то, ради чего и строилась эта лаборатория. Мы пытаемся найти способ попасть в междумирье.

— Ты про навь, правь и явь?

— Глубже. Про мировое древо, на котором мы — одна из веточек. А дальше пока проникнуть не можем.

— А в тех мирах что?

— Разное, — уклончиво сказал отец. — Иногда даже гости оттуда жалуют. А обратный визит им нанести не получается.

— Почему?

— Это тебе уже наши умники расскажут. Все питается силой оператора, нужен минимум волхв, но от них мы пока эту установку скрываем. Так что было, когда ты сюда вошел?

— Кольцо включено, голубые пятна на нем, через которые я увидел картины другого мира.

— Мира?

— Да я так, чуть-чуть. Пятна были небольшие, и их было немного. Какой-то лес и какой-то черный в нем.

— Как ты смог закрыть портал?

— По наитию, — честно признался я. — Что-то меня дернуло, и я ввел первую попавшуюся в уме комбинацию.

— И это сработало? — недоверчиво спросил отец.

— Как видишь, установка отключена, — я показал рукой на безжизненное теперь кольцо.

— Никому про это больше не рассказывай.

— Понял.

— Это для твоей же безопасности. И теперь твоя стажировка здесь меняется. Раз ты все равно узнал главную тайну «Древа», я перевожу тебя сюда с высшей формой допуска. Не казнить же тебя, — усмехнулся отец."

"— Да уж точно, не стоит, — хмыкнул я.

— В теорию тебя введут наши умники, если ты, конечно, этого захочешь.

— Посмотрим, — неопределенно сказал я.

— Беда мне с тобой, — вздохнул наконец успокоившийся отец.