Очень плохой профессор (СИ)

 — По-мальчишески задорно улыбнулся он.

От строгого профессора не осталось и следа. Алексеева почувствовала гордость за то, что только она знает его таким. Только ей этот мужчина дарит такие улыбки.

— Тебя никто не потеряет, если ты вернешься домой, скажем… только утром?

Сердце подпрыгнуло и сильно толкнулось в ребра.

— Нет.

— Отлично. — Он крепче сжал ее ладонь.

— А тебя?

Ольга не могла не спросить о том, что ее беспокоило ничуть не меньше статуса их отношений.

— Я договорился, что за дочкой посмотрят до завтра.

Алексеева поспешно стерла с лица блаженную улыбку.

— А ее мать? Она… не будет возражать?

Наверное, Ольга полезла не в свое дело, потому что лицо профессора в одну секунду изменилось до неузнаваемости. Его словно замутило, от щек отлила кровь.

— Я воспитываю ее один.

— А, понятно. — Стушевалась девушка.

Опустила взгляд и принялась разглядывать песчинки на берегу. Она бы с удовольствием пересчитала каждую из них, если бы это хоть как-то могло разрядить обстановку.

— Наверное, поэтому порой и возникают трудности. — Добавил Озеров.

Ольге хотелось спросить о причинах, почему он не живет с матерью своего ребенка, но расспрашивать о прошлом она не имела права.

— Извини, что полезла с вопросами. Мы договаривались не делать этого.

— Ничего страшного. — Шумно выдохнул Матвей. — Вере исполнилось десять лет. Иногда мне кажется, что она совсем еще кроха, а иногда рассуждает как взрослая.

Дочери десять. Ему тридцать четыре. Звучит смешно. Разве он намного старше Ольги? Но если просто озвучить разницу между ними — пятнадцать лет, то эта цифра звучала внушительно.

— Думаешь, что ты слишком стар для приключений с молоденькими студентками?

Озеров остановился и посмотрел на нее сверху вниз. Сделал глубокий вдох, медленно опустил голову и почти коснулся своим лбом ее лба. Его глаза так странно выглядели, будто они были не глазами вовсе, а целым океаном боли.

— Я вспоминаю о разнице в возрасте только в стенах университета. — Тихо сказал он. Взял ее за руку и снова потянул за собой, но теперь уже вверх. — Идем.

— Какие люди! — Встретил их вышедший на крыльцо одного из домов мужчина.

Выглядел он как ровесник профессора. Высокий, темноволосый, только слегка располневший.