Открытый брак (СИ)

Я уложу тебя спать, и заодно поговорим.

Наиль вместе с Маришкой уходит в дом, а я остаюсь одна. Становится пронзительно тихо и страшно.

Я складываю грязную посуду в одну стопку. Убираю продукты в холодильник. Действую на автопилоте, чтобы хоть чем-то себя занять и не свихнуться.

Взяв салфетки, вытираю стол. Расхаживаю из угла в угол. Управившись с уборкой, заглядываю в домик Наиля и мою руки в прилегающей ванной комнате, глядя в отражение зеркала и удивляясь тому, какой у меня всё-таки безумный вид. Щёки красные, шея бледная.

Мы с мужем одновременно возвращаемся на веранду, а я к тому времени накручиваю себя всё сильнее. Нужно откровенно поговорить. Выбрать одинаковую тактику. Не отступать и не поддаваться, если не хотим наделать большей беды.

— Зачем? Господи… Зачем, Наиль?

Я срываюсь на претензии и повышаю тон. Мне уже не холодно, но под пристальным взглядом глубоких тёмных глаз по спине и предплечьям рассыпаются мурашки.

Наиль длинно выдыхает. Молчит. Как только я перестаю мельтешить и опираюсь о стол, решительно шагает навстречу и ставит руки по обе стороны об моих бёдер.

— Поль… Полька… Не злись.

Во рту становится сухо. Чувства воспалены. Откат измельчает меня в крошку. Хочется тоже стать маленькой девочкой и капризничать. Я чертовски устала быть сильной за эти два месяца одиночества.

— Зачем? — звучу чуть тише. — Что ты ей сказал? Неужели ты не понимаешь, что мы делаем только хуже этими семейными встречами…

Наиль нависает надо мной нерушимой скалой.

Приближается. Теснее и теснее.

Нежно касается губами моего лба. Застывает. А меня буквально ведёт от близости с ним. Я даже взгляда поднять не рискую. Рассматриваю в полумраке воротник футболки-поло, смуглую кожу и болтающийся на шее серебряный крестик.

— Потому что хочу, Поль. Приезжать сюда втроем. С тобой.

— В дыру.

— В дыру, да.

Я отвожу голову, и шумный выдох проходится по виску. Меня знобит от перевозбуждения и страха.

— Обещаешь зачем? То, что не в силах выполнить?

Сердце яро колотится и таранит рёбра. Запахи всюду — они только усиливают эффект. Просачиваются в волосы, кожу и кровь. Не знаю, как я усну. Понятия не имею, как буду существовать после возвращения. Я ни разу не сильная. Мне по-настоящему без Наиля плохо.

— Я хоть что-то обещал и не выполнил?

Мотаю головой. Учащённо дышу. Мышке — нет. Она знает, что любое желание и любую прихоть папа расшибётся, но сделает.