Открытый брак (СИ)

Нам надо поговорить, да. Обсудить развод, который не озвучивался даже в сообщениях.

Затем муж мягко предлагает дочери пойти отдохнуть перед завтрашним днём, потому что подъём будет довольно-таки ранним. В списке планов много всего. И рыбалка, и прогулка на великах по лесу, и катание на катамаранах.

Маришка вроде бы слушается. По крайней мере, сначала. Встает из-за стола, благодарит за ужин. Позже происходит то, чего я меньше всего ожидала — наша стойкая девочка ломается и начинает капризничать.

— Пап, пап… Мне не хватит одного дня.

Сквозь вполне будничное предложение прорываются всхлипы. Наиль хмурится и со всей внимательностью выслушивает Мышку, взяв её за плечи и развернув к себе лицом."

"Я не знаю, как он будет разруливать. И понятия не имею, для чего всё это затеял. Больно всем, а особенно — ребёнку.

— Эй, малыш. Ну, ты чего? — Наиль заметно волнуется и запинается. Между бровей залегает глубокая морщинка.

Следует кивок и всхлип, который рвёт душу в клочья.

— Мы не в последний раз приезжаем в «Маятник». Здесь, конечно, здорово, но не до такой степени, чтобы оставаться на постоянку. Правда?

Муж пытается пошутить, но получается из ряда вон плохо.

Дочь запрокидывает голову к небу. Смаргивает, втягивает носом воздух. Но по щекам всё равно предательски катятся слёзы.

Я бы списала это состояние на усталость и сонливость, но ясно вижу, что дело вовсе в другом.

— Когда мы ещё приедем? Скажи, когда? — настойчиво требует.

Мое тело напряжено. Я замираю и не двигаюсь. В горле образовывается колючий ком, а вдохнуть я и вовсе не могу — по мне будто проехались катком.

— Когда захочешь, — сдается Наиль. — Можем сделать это нашей традицией. Возвращаться из года в год к истокам.

— Втроем? Ты, я и мама? Честно?

Я мечу взглядом в мужа. Сжимаю пальцы в кулаки. Какой ужас. Что мы натворили? Для чего организовали поездку? Чтобы ещё больше разбередить раны?

Театр был не только с нашей стороны — Мышка тоже прониклась и вполне неплохо сыграла.

Кровь молниеносно вскипает в венах и разгоняется по организму. Если бы не ребёнок, я бы стукнула Наиля чем-то потяжелее. И не только в колено.

Пусть даже не смеет объяснять. Хватит. Как он представляет себе исполнение ежегодной традиции? Как видит её с учётом того, что теперь у каждого из нас своя личная жизнь?

— Пойдем.