О бывшем наемнике и взрослой женщине

Еще лучше — уехать к родственникам в Шуджар. У вас же, тианте, есть там родственники?

Я не понимала, что мне делать. Взять и уехать? Сейчас? Как я поеду? Что буду делать там? Я была в полной растерянности. Не готова. Я даже горевать об отце не могла, все словно сжалось и закаменело внутри.

Не могла поверить, что все это происходит на самом деле.

Вся моя жизнь — в один миг… папа…

Невыносимо страшно.

Мне сказали — отцовский дом сгорел. Я пришла сюда…

Да, у отца было много врагов и недоброжелателей, завистников, всех тех, кто считал, что его бизнес слишком успешным, всех, кому его благополучие мешало жить.

Да, он был не самым добропорядочным гражданином. Но он был моим отцом. Его убили не за то, что он шуджарец, хотя все кричали именно об этом. Его убили, рассчитывая на финансовую выгоду для себя, рассчитывая прибрать к рукам большую часто того, чем он владел. Мне будет сложно доказать свои права на наследство, а если попытаюсь — убьют и меня…

Страшно.

Нужно было что-то делать, бороться, но не было сил.

Я смотрела на обугленные стены, и опускались руки.

Я не понимала даже — куда теперь идти.

Словно в пустоте.

Меня убьют тоже.

Я стояла…

— Смотри, какая шуджарочка скучает! — радостно присвистнули у меня за спиной.

Я не осознала сразу, не обернулась, пропустила мимо ушей. Мне было так плохо, что совсем не до того.

И только когда чья-то пятерня огладила меня по спине, я дернулась.

— Ах, какая! — засмеялись рядом. — Пойдем с нами, кисонька!

И все же, какие-то инстинкты сработали раньше, чем я успела осознать.

Я развернулась, схватив и вывернув тянущуюся ко мне руку, со всей дури вмазала мужику в рожу, и тут же бросилась бежать.

— С-сука! Стой!

И не подумаю. Я неслась, подобрав платье, прочь отсюда, подальше. И понимала, что они за мной. Что им надо? Какие-то веселые, полупьяные мужики, они ведь не отпустят. Теперь им кажется, что все можно, они могут безнаказанно приставать ко мне, изнасиловать, убить даже… как убили отца… Кто этих шуджарцев считает, они… мы враги… Моего отца больше нет.

Охраны, которая ходила за мной — нет тоже, амбалы, приставленные ко мне, как-то незаметно пропали сами.

Самое страшное, я не понимала, куда бежать. Кто защитит меня?

Мой дом далеко отсюда, да и там никого. Просто запереть дверь?

— Стой! А ну, стой! Ловите ее! Смотрите! Эта шуджарка разбила мне нос! Напала на меня! Ловите!

Они сожгут мой дом так же, как сожгли дом отца! Сердце колотилось где-то в горле.

Я никогда в жизни так не бегала.