Новогодняя диверсия (СИ)

Ой, еще и корма ему купить нужно. И спрятать. Эта скотина вчера сожрала замороженную курицу, заглатывая в себя огромные куски. Как теперь мясо размораживать без подобных последствий?

Нудный мужик ушел минут через пятнадцать. Кота, слава богу, прихватил с собой.

— И кто с такими живет? — Передернула плечами Ирочка. — И ведь женат, кольцо на пальце.

— Самое странное, что мужики, какими бы ужасными ни были, всегда в статусе потенциальных женихов находятся. Это у нас век короткий. А у кого-то он и вовсе не начинается….

— Да брось, Леська. Ты же вон какая замечательная. Животных любишь. Зарплата у тебя хорошая, — утешила было ее администратор.

— Ага, и страшная я, как атомная война. — Не согласилась Олеся. — Все смотрят на внешность. Ну и личный достаток был бы у меня выше среднего, нашла бы себе какого-нибудь альфонса. А-то даже родить не от кого. — Притопнула она ногой.

— Ну у тебя и мечты, — покачала головой Ира. — Спиногрыза родить. Тоже мне. Я вот хочу машину, дом загородный, денег….

— И что тебе мешает все это получить? — Не поняла девушка.

— Характер. Начинаю встречаться с богатеньким парнем и все…. Влюбляюсь. А им любовь не нужна. Им тело подавай. — Вздохнула она. — Красивое и ухоженное тело.

— То-то и оно. А если тела нет, то хотя бы ребенка родить надо. — Твердо решила Олеся.

Ирина задумалась и кивнула.

— Ты права. Но дети — это не мое. Ты вот рожай от своего первого встречного….

— Чего это от встречного? Я от нормального хочу. Не от бомжа какого-нибудь. — Совсем расстроилась Олеся.

— Вот и…. А знаешь что? — Прищурилась красавица-администратор.

— Что? — Леся даже сделала шаг назад.

— А-то. Вот кто тебе сегодня первым из свободных мужчин попадется, от того и рожай. — Ткнула она острым ногтем, покрытым красным лаком, в пышную грудь девушки. — Просто берешь его, заманиваешь к себе в дом и того. Я в каком-то фильме такое видела. А мужики…. Они же всегда хотят. Или хочут? Как правильно?

— Так как же я узнаю, что он не женатый? Я вообще-то в магазин собралась сейчас, а там народу много.

Одевшись, она вышла из каморки, показала все еще смеющейся Ирке кулак и шагнула на улицу.