Нить на запястье

– Я не выдержу, душа моя… – у него голос настолько хриплый, что с ее больным посоперничать может. Опустил голову, зарылся лицом в ее макушку. – Тебя я похоронить не смогу… не выдержу, - снова сжал так, что кости затрещали. - Я ее и вполовину не настолько любил, как тебя, Машенька… Не умел еще так, может. Или человек не тот… Хотя и ребенок… – ещё один тяжелый и хриплый выдох, в котором физически ощущается боль. - Тяжелo было, чуть башкой не двинулся, Машенька. И сейчас… это – живой кошмар для меня… – замолчал.

Это было страшно.

Когда такой человек, как Олег… Человек, способный на очень многие и разные вещи, открыто признает свою слабость и боль. Почти невыносимо. Слишком силен он был в этой слабости, чересчур яростен.

Зато сразу понятна и объяснима вся его паранойя с охраной, слежкой и вниманием к малейшим деталям… Болевые точки есть у каждого, независимо от характера и избранного пути.

Да, она знала, что oн совсем не святой. И к своему теперешнему положению тяжелой тропой шел. Но ей ли судить, учитывая, чем братья Маши, да и отец ранее, деньги зарабатывали? И… «своя рубашка» ближе к телу…

А он был «ее».

Это они уже решили.

– Ты меня рано со счетов списываешь, любимый, - пусть с трудом, но сумела выдохнуть, несмотря на его тиски. – У меня знаешь какая закалка по выживанию? Спецназ позавидует. Сам же знаешь, на что мои братья способны. И клиентов всяких хватало – ничего, выдюжила. Да и ты же теперь над каждым вдохом моим, считай, бдишь…

Обхватила его за шею, как в гостиной недавно, обңяла, сама к себе крепко прижав.

Олег только хмыкнул. Но промолчал и не спорил. И то счастье.

ГЛАВА 8

– Кстати, о клиентах, - как-то тяжело выдохнув, через минуту заметил Олег, явно не желая продолжать прошлую тему. Но при этом не ослабляя ни на йоту захват, которым держал ее. - Что по Шаховцу?

Маша сделала вид, что не услышала. Нет, ну а почему он может так поступать, а она нет? И потом: прижата к его груди настолько крепко, может, ей просто уши заложило? И вообще, ей вновь стало хуже, и тут Маша ни капли не юлила.

И лекарство она вечером так и не выпила, заснув у него в кровати, когда собиралась читать… Забыла. Но вот на самочувствие Маша не решалась давить. Олег в этом плане явно бдел более необходимого. Не отцепится потом.

– Душа моя, не увиливай, – ей даже удалось заставить его улыбнуться.

Что это, если не победа? После таких-то тем за последние полчаса.

Олег отклонился немного и требовательно глянул ей в лицо, явно намереваясь добиться ответа.