Няню заказывали? или (не) Спящая красавица

Что она сама, по сути, знала о любви?

– А родители могут разлюбить ребенка?

– Нет, – уверенно ответила она. Родители не могли разлюбить, но, наверное, могли не полюбить – статистика брошенных детей красноречиво подтверждала это, но об этом лучше умолчать. «Господи, что за вопросы?» – Она мысленно схватилась за голову. Это было сложно, и Аврора не знала, имеет ли право обсуждать подобные темы с Эваном.

– Родители часто ссорились, – он повернулся к ней, игнорируя эпичную схватку в фильме. – Думали, что я уже сплю и не слышу.

"Аврора почувствовала липкий комок в горле: ей хотелось пожалеть его, сказать, что всё еще наладится, и их семья снова станет полной, но возможно ли это? Имела ли моральное право та, что подставляла губы под жгучие поцелуи его отца, касаться темы их семьи? Как же всё стало сложно…

– Мама часто кричала, что папе ничего не нужно, кроме его кораблей. Думаешь, это так? – Эван стукнул пальцем по экрану телефона, бросая взгляд на часы. Поздно.

– Нет, это не так. Твоя мама, скорее всего, была чем-то расстроена, поэтому так сказала.

Почему дети так быстро взрослеют? Почему выхватывают из услышанного самое неприятное, словно вычленяют то, что обязательно принесет им зло. Сколько ему было, когда родители развелись? Шесть или около того, так почему он всё это помнит? Разве дети не должно забывать плохое?

– Взрослые иногда бывают такими непонятными, – резюмировал он. Аврора не сдержала улыбку: ее, по всей видимости, Эван не причислял к зрелым личностям.

– Взрослые, да, они такие: порой слишком строгие и пытаются контролировать жизнь детей, что может раздражать, – Аврора не заметила, как перенесла ситуацию на себя и своих родителей, – но на самом деле они просто хотят огородить нас от ошибок. А мы упорно отказываемся от заботы, чтобы набить свои собственные шишки. – Эван смотрел на нее с недоумением, явно потеряв нить разговора примерно где-то в начале.

– Через десять лет мне не нужна будет няня, – весомо заметил Эван, удобнее устраиваясь на диване: подушка под голову и сам вытянулся – с этого ракурса не такой уж он и коротышка!

– Точно, – Аврора отодвинулась к самому подлокотнику, чтобы он не закидывал на нее ноги. И куда девалась ее жалость?

– А когда папа придет? – широко зевнул он.

– Скоро. Спи, я тебя разбужу.

– Обещаешь?

– Обещаю.