Няня из Чайноботтам

– Да оставьте его, господа, – заявил мистер Джоунзи. – Видно же, что юный джентльмен не в настроении-с. Давайте, мистер Винки, займитесь углем – и не забудьте, что в моем мешке должен быть самый лучший уголь.

– Будет исполнено, мистер Джоунзи!

Винки поспешил к сарайчику, открыл дверь и оглядел большую кучу угля – ну куда это годится?! Все перемешано, пустые мешки беспорядочно валяются рядом, к коробкам химрастопки на полках не подступиться, не испачкав костюм.

Винки вздохнул, надел большущие рукавицы и взялся за жестяной совок с надкусанным краем.

Начав собирать в мешок уголь, он задумался о словах мистера Джоунзи. Кебмен был прав: настроение у Винки отсутствовало так же, как пара запасных башмаков.

Да и где здесь отыщешь хорошее настроение, когда Шнырр Шнорринг забирает у тебя целый фунт! Впрочем, помимо этого, было кое-что еще – посерьезнее. Сэмми и его странности.

Блохастый Сэмми был лучшим другом Винки и соседом по подвальчику, где мальчик ночевал. Работал Сэмми не где-нибудь, а в самой редакции «Сплетни» – разносил газеты, а прозвище свое он получил от других мальчишек-газетчиков за то, что то и дело чесался, как будто его кусали блохи.

Сэмми был добрым, Винки не обижал и рассказывал ему всякие новости из газет, хоть они и состояли сплошь из заголовков, которые Сэмми выкрикивал на своем перекрестке Бромвью и Харт. А Винки в ответ передавал ему сплетни с Чемоданной площади и описывал разных причудливых «старых», которых видел за день.

«Старыми» уличные мальчишки называли всех взрослых, и порой некоторые из них были настолько странными, что Сэмми даже не верил и удивленно хлопал себя по колену: «Да быть не может?! Целых два горба?!» или «Ты точно выдумываешь! Она таскает с собой чучело ворона?!»

Сэмми никогда не унывал и часто хвастался, что скоро наконец выслужится перед газетчиком Бенни Трилби и его допустят в печатный зал – он мечтал стать настоящим репортером. А еще Сэмми был искренним и никогда не врал Винки.

Но только не этой ночью."

"Вернулся в подвальчик Сэмми поздно, после полуночи. Выглядел он весьма довольным собой и при этом сытым. Винки сразу же почувствовал исходящий от него запах сосиски (он мог этот запах учуять за милю). Хуже всего было даже не то, что Сэмми не поделился с Винки сосиской (а они всегда делились друг с другом), а то, что он заявил, что никакую сосиску, мол, не ел, и как-то странно потупился, словно его приволокли в суд.