Няня из Чайноботтам

Мистер Блохх покачал головой. Джаспер мог бы поклясться, что он улыбается под своим шарфом.

– Было бы странно злиться на своих партнеров по шахматам, мистер Доу. Партнеров, которые постоянно проигрывают.

Джаспер скрипнул зубами. Это была правда: уже дважды – нет, трижды, учитывая это дело! – они проигрывали. Блохх всегда был на несколько шагов, или, учитывая его сравнение, ходов впереди. Но по правде, не это сейчас волновало племянника доктора Доу.

– У меня столько вопросов!

– Уверен, что это так. Но у меня очень мало времени.

– Вы подбросили записку с угрозой! Но вы знали, что я продолжу расследование!

– Это было… ожидаемо.

– А потом вы привели меня к Финлоу. Но как?

– Разбросанные подсказки, переданные «почтальонам» намеки…

– Почтальонам? – удивился Джаспер.

– Так в моей работе называются агенты, задачей которых является передавать сведения: в тех случаях, когда я не могу лично касаться требуемой шестеренки, я запускаю другую, которая и приводит ее в движение.

Джаспер в голове у себя мгновенно составил список всех, с кем общался с момента, как встрял в это дело.

– Мистер из архива, доктор из «Эрринхауз», монстролог и Шнырр Шнорринг. Они все работают на вас?

– Весь город работает на меня, но чаще всего никто из моих «почтальонов» не осознает, что исполняет задачу.

– Значит, я тоже всего лишь шестеренка? – насупился Джаспер.

– Самая важная, мистер Доу, – «утешил» его Блохх. – Вы должны быть мне благодарны.

Джаспер решил, что ослышался.

– С чего бы это?

– Невероятные происшествия, поиск улик, разгадка тайны – все это лучше стрижки розового куста за домом, вы не находите?

Джаспер закусил губу: Блохх знал даже то, чем он занимался утром.

– Вы сказали мистеру Финлоу, что я – единственный во всем городе, на кого не действует свет «люминатора». Почему вы так решили?

– Все дело в некоем лекарстве, которое вы принимаете, – пояснил Блохх. – Один из его скрытых побочных эффектов должен был блокировать воздействие фонаря. Но я в нем несколько ошибся…

– Какое еще лекарство? Я ничего не принимаю… – Джаспер вдруг вспомнил. Буквально ощутил на губах терпкий «бумажный» привкус. – Сиреневый чай.

Блохх кивнул.