Няня из Чайноботтам

Больше я ничего не знаю, мистер Бёрджес, мне жаль.

– А тот, с кем она ушла. Как он выглядел?

– Довольно странно, если не сказать зловеще. На нем было длинное пальто с пелериной, голову обтягивала похожая на противогаз тугая черная маска с двумя круглыми стеклянными окошками. Я не смогла разглядеть его глаза, потому что окошки эти были мутными.

«Удильщик, – мрачно подумал Бёрджес. – Описание, как у того типа, который провожал Няню до Тремпл-Толл. Шнорринг тоже говорил про длинное пальто с пелериной и маску с круглыми стеклами…»

Пока что все подтверждалось: Няня остановилась в гостинице, ее встретил Удильщик, а затем он привел ее в Саквояжню.

– Что вы будете делать, мистер Бёрджес? – спросила мадам Бджиллинг.

– Продолжу поиски. Проведу опрос… гм… я хотел сказать, порасспрашиваю местных – может, кто что видел. Мэм, я спрошу у вас странное: вы знаете, кто такой Удильщик?

Хозяйка гостиницы уставилась на него, как на сумасшедшего.

– Конечно.

– Правда? – Бёрджес взволнованно покачнулся с пяток на носки.

– Здесь все знают.

– Что вы можете о нем рассказать?

Мадам Бджиллинг пожала плечами.

– Да ничего особенного. Вам лучше об этом поспрашивать на Длинном причале.

Из приоткрытых дверей кухни неожиданно повалил пар, раздался свист, перемежаемый хлюпаньем.

Хозяйка гостиницы вскочила со стула.

– Лучше вам сейчас не ходить на причал – море к ночи разволновалось. Утром пойдете. К тому же ужин готов. Отправляйтесь в свой номер и ждите удара колокола.

Мадам опрометью ринулась на кухню, а Бёрджес, глядя ей вслед, задумчиво почесал подбородок и направился к лестнице.

«И правда, будет лучше отправиться на этот причал утром, – рассуждал он про себя, поднимаясь по ступеням. – Поиск Удильщика в темноте вряд ли обернется чем-то хорошим. Да и море разволновалось, а оно и в спокойном состоянии – мерзкое до безобразия.

– Вы солгали, – раздался вдруг тонкий голосок откуда-то сбоку, и Бёрджес остановился, недоуменно озираясь кругом.

– Что?

– Вы солгали маме, – продолжил голосок, и Бёрджес понял: звучать он мог лишь из-за двери каморки, которая выходила на лестничную площадку. А еще он понял, кто с ним говорит.

– Ты ведь эта… как там?.. Марисолт? – спросил он, глядя на дверь.