Няня из Чайноботтам

– Вот ведь все замрачнилось, – заметил Джаспер, и мистер Букетт, многозначительно кивнул на табличку с надписью: «Говорить вслух вымышленные слова в архиве запрещено!».

– Что ж, я, пожалуй, вас оставлю. Если возникнут какие-либо затруднения, переключите рычажок на столе и говорите в рожок. Кричать в него не нужно – у нас хорошая трубная связь.

Старичок уже развернулся, чтобы уйти, но Джаспер его остановил:

– А вы не забыли, что, помимо кодов, я еще просил…

– Хэмиш Х. Букетт ничего не забывает, – раздраженно повторил архивист.

– Требуемая вам статья напечатана в газете, которая лежит в папке в низу стопки. Надеюсь, дядюшка вам сообщил, юный джентльмен, что писать на собственности фонда, мять собственность фонда, проливать жидкости на собственность фонда и забирать собственность фонда с собой…

– Дайте угадаю – запрещено?

– Верно. Удачных исследований, господа. Мое почтение вашему дядюшке, юный джентльмен.

Мистер Букетт с очень важным видом удалился, притворяясь, что не слышит хмыканья Джаспера за спиной.

Когда он скрылся за дверью в дальнем конце зала, Джаспер схватил верхнюю газету.

– О чем вы говорили? – спросил Винки. – Что еще за некрологи?

– Все это дело очень сильно провоняло трупностью, Винки, – сказал Джаспер. – Некролог – это заметка в статье, в которой говорится, что кто-то умер.

– Значит, все вычеркнутые из той книги, которую мы нашли в кабинете, умерли?

Джаспер кивнул.

– Но дело не в том, что они умерли.

А в том, как они умерли. И мы это сейчас выясним. Хватай газету, некролог должен быть в конце. Вдвоем мы быстрее все это прочитаем.

Винки отвел взгляд.

– Я… Это… Не сказать чтобы…

Джаспер нахмурился.

– Я думал, ты умеешь читать.

– Умею, но плохо, – признался Винки. – Но когда очень много надписей, как в газете, у меня все буквы начинают разбегаться.

– Ладно, я все быстренько прочитаю сам – обычно некрологи не особо длинные. Дядюшка на них даже не успевает заскучать.

Джаспер взялся за изучение газет, а Винки, потянув носом запах, повернул голову и переключил все внимание на одного из клерков, который достал из портфельчика небольшую коробку с сэндвичем и вареным яйцом, а затем взялся за обед, не отвлекаясь от работы и не обращая внимания на табличку: «Оставлять жирные пятна на бумагах архива запрещено!».

Время ползло меланхоличной улиткой. Винки елозил на табуретке – он не привык столько сидеть.