Няня из Чайноботтам

Тугоухий?

Обладатель фартука состроил на лице лживо приторное выражение и склонился над жаровней. Скрутив из старых газетных листков небольшие рожки, он принялся набирать в них каштаны, подцепляя их с решетки короткими щипцами."

"– И выбирай те, что получше, угольки можешь оставить себе, – добавил между тем Бэнкс и, будто позабыв о торговце, задумчиво глянул на стоящую неподалеку синюю тумбу с четырьмя торчащими во все стороны трубами.

– Тумба Доббса выглядит заброшенной, хотя прошло… сколько там, Хоппер? – как бы невзначай проронил он.

– Совсем ничего, – выдал Хоппер заранее условленный ответ.

– Верно. Совсем ничего прошло. – Бэнкс покосился на торговца, и тот ожидаемо «запустил шарманку» в духе всех торгашей-болтунов, которым обычно и повода не нужно, чтобы посплетничать:

– Эх, мистер Доббс… Жаль, он куда-то пропал. Очень приветливый господин и лучший покупатель – лично скупал две трети моих каштанов. Без него торговля совсем не идет.

– Ты же был тут, когда он пропал?

– Да, сэр. Где ж мне еще быть? Я тут всегда – до глубокой ночи.

– Видел, как он отходил от тумбы?

Торговец наполнил один рожок наполовину и протянул его Бэнксу, сопроводив каштаны прищуренным взглядом.

– А вы что, допрашиваете? Меня другие констебли уже допросили.

Бэнкс скорчил зверскую рожу и, глянув на Хоппера, угрожающе сказал:

– Сдается мне, у нашего любезного мистера продавца каштанов возникло острое желание собирать свои каштаны с земли, если вдруг его жаровня случайно перевернется.

– Так же подумал, – сведя брови на переносице, пробурчал Хоппер.

Торговец мгновенно понял, что ему и правда лучше не отнекиваться, и повторил то же, что говорил раньше другим констеблям:

– Не видел, как мистер Доббс пропал. Я-то занят был – газетку почитывал, особо не глядел по сторонам. Слышал его голос, а потом взгляд поднимаю, а его нет уже. Решил было, что отошел он.

– Голос? Он говорил с кем-то? Видел кого-то рядом с тумбой? Может, личностей странных?

– Ну, с кем-то он точно говорил. Но никого особо странного я не видел.

Констебли разом встрепенулись.

– Доктор?! Что еще за доктор?! Высокий, белый, как мертвец, весь в черном и с мерзким презрительным выражением лица?

– Нет, невысокий господин с саквояжем, в коричневом костюме, у него еще были очень пышные бакенбарды.

Бэнкс и Хоппер одновременно испустили вздох облегчения.

– Когда исчез констебль Доббс? – спросил Хоппер.