Купеческая дочь замуж не желает

Что там случилось? Я уже бежала туда, как позволяла местная одежда. Запыхавшись, подбежала к крыльцу и увидела незабываемую картину — на крыльце стоял Тарин, он держал за руку вырывающегося пацаненка лет 10–12 на вид, в заплатанной рубахе и штанах и с босыми ногами. Пацан был грязноват, лохмат, но пытался состроить независимый вид, типа, а я че, я ниче, просто мимо проходил. А вот Лимка. Лимка вид имела расхристанный, зареванный, нарядное платье спереди было заляпано грязью, полуоторванный рукав платья висел наперекосяк, а кружевной воротничок и вовсе был безнадежно испорчен.

И так не особо шикарные волосы девчонки были всклокочены, ленточки где-то потеряны. И как апофеоз-под глазом наливался грозной синевой здоровенный фингал. Распухший от рева нос тоже не добавлял очарования моей горничной. Кричала и плакала, оказывается, Лимка, пацан выкручивался молча.

От такой сюрреалистической картины я некоторое время стояла в столбняке, заодно отдышалась от забега. Дернула Лимку к себе, прижала к груди и, поглаживая ревущую девчонку по худенькой спине, сердито спросила у охранника:

— Тарин, что случилось? Почему Лима в таком виде? И чей это ребенок? И давайте пройдем в дом, Лиме надо умыться и переодеться.

Отправив Лиму приводить себя в порядок и успокаиваться, мы прошли в дом, ко мне в кабинет. Тарин по — прежнему держал мальчишку за руку, тот уже не выкручивался, притих, только оглядывался с любопытством. Только зашли в кабинет, как следом пришел Димар. Все уселись, только пацан все крутился, разглядывая все вокруг.

И Тарин, и Димар рассказали мне трагикомическую историю, дополняя друг друга, кто, что видел со своего места."

"— Приехали мы к открытию рынка — это Димар — наш прилавок успели местные занять, но ушли, как мы подъехали. Хоть и косились на нас. Мы только успели товар выложить, как очередь выстроилась. Брали хорошо, я только успевал хлеб резать на кусочки, и так уже на четвертинки резал. Надо сказать, что брали даже яйца, хотя на рынке ещё другие ими торговали.

Но у нас чуть дешевле были, как вы сказали, мы так и продавали. Потом пришел управляющий предводителя барона Гелим, так он сразу купил целый окорок, рыбы пять штук, куриц копчёных четыре штуки, ну и всего прочего тоже не по одному. После этого народ стал скандалить, чтобы помногу одному человеку не продавали, а то всем не хватит. (Вспомнилось незабвенное — по две штуки в одни руки не давать!) Но купили все, кто хотел.