Невеста в гробу

— Какой ты молодец, — я шмыгнула носом. — Умничка просто!

Из ящика в углу смотровой площадки я достала два листочка и карандаш.

«Проверьте аккуратно, есть ли рисунок на шее Софи сзади, если есть, зарисуйте и отправьте мне. Срочно!» — написала я на одном листке и привязала к лапке сокола, отправляя его в столицу. Второго с тем же текстом, но про Клементину, я отправила Бриену.

— Спасибо, — в этот раз я решила не скупиться на слова благодарности. Без Чичи мне было бы гораздо хуже. Я не стала лучше относиться к кровососам в целом, но была вынуждена признать — Чича очень много делал для меня, хотя вовсе не был обязан.

Глаза вампира блеснули.

— Ты знаешь, как можно поблагодарить меня ещё лучше, — протянул он. — Хотя бы один поцелуй, Белка. А?

Я посмотрела на лопату, потом на Чичу.

— Вот зачем? — спросила я со вздохом. — У тебя там тринадцать девиц одна другой краше, Росса и бесы знают кто ещё. Зачем тебе я? Не хватает для коллекции королевы?

— Ты мне нравишься гораздо дольше, — вот, стоило мне отвлечься на лопату, как он оказался почти вплотную.

— О! — я обрадовалась возможности сменить тему. — Как там поживает настоящий барон де Квасю?

— Хорошо поживает, — Чича сменить тему не дал. — Не уходи от разговора, Белка. Мы чудом не умирали вместе столько раз, что как честная женщина, ты давно должна была сама надеть мне браслет, кольцо, хомут, что там у вас, Интийских, принято.

— Если выходит замуж за всех, с кем меня связывают отношения «спасайся кто может, вот я могу», я стану обладательницей сразу нескольких мужей, — запротестовала я, не понимая, куда пропала моя лопата и почему вампир гладит мою ладонь.

— Посмотри на меня, Белка, — попросил меня Чича, и я не могла ему отказать.

«На драконов и потомков сирен не действует зачарование, — убеждала я себя. — Если он будет пытаться воздействовать голосом или взглядом, я почувствую!»

— Белка, ты и сама знаешь, что между нами искрит, — мягко произнёс Чича.

Он оставил мою ладонь, но лишь для того, чтобы обеими руками обнять за талию и наклониться ближе к моему лицу. А у меня даже шляпы не было, чтобы ею от него закрыться!

Наверное, я и впрямь не видела дальше своего носа, но для меня важным было не то, что он говорит. Он был холодный. Не мёртвый и не живой.