Невеста в гробу

— Мы ещё даже не начали плести браслеты! — не удержался он от укора ещё до того, как я открыла рот.

— Далось тебе это рукоделие! — выпалила я. Нет, ну правда. Я совершенно ужасна в таких штуках. Узелочки какие-то, не так повернёшь, не то и получится. А потом ещё и перетрётся сразу же, я просто гений испортить любую вещь из ниток, просто возложив на неё руки. Так что и к этим браслетам я относилась со значительной долей скепсиса.

— Но… — Чича остановился. — Я понимаю, что ты не хочешь за меня замуж, правда.

Он осторожно убрал от моего лица волосы.

— Ты королева, которая сама отбила государство. И ты немного дракон. А я всего лишь немертвый кронпринц в государстве, которое едва больше столицы Калегосии… Я понимаю на самом деле. Лучше бы ты и впрямь оказалась графиней де Квасю!

Я неуверенно хихикнула. Я ему тогда действительно понравилась, а не как подходящая по положению супруга. Ну и вкусы у некоторых немертвых!

— На самом деле я не уверена, что вязание браслетов меня не взбесит настолько, что я не смогу предложить тебе привести время получше, — самым невинным тоном, какой я только могла изобразить, произнесла я и похлопала ресницами.

Глаза вампира вспыхнули пониманием, а клыки сами выдвинулись. Я не дрогнула. Ничего удивительного, у вампиров очень чёткая ассоциация укуса и удовольствия. Чича привыкнет ещё, что мне никакие укусы не нужны.

Глава 21

Кто смеется на похоронах

'Не люблю посещать похороны.

Каждый раз думаешь про себя,

Будут ли эти же люди также страдать на твоих,

Или по тебе они действительно станут скучать'

Королева Иссабелия (Астаросская) Интийская

«Здесь будут мемуары, возможно, даже Тайные, если будет время его вести».

"Я прямо ждала, когда появится кто-то лишний. Даррен или Апфель вывалятся из комнаты Нирочки с таким видом, словно я им обоим обещала блюсти себя точно монашка. Или какой-нибудь гонец принесёт какие-то вести, которые не ждут минут пять хотя бы. Но в коридоре было пусто, поэтому я приподнялась на цыпочки и встретилась взглядом с вампиром.

Я просто прикрыла глаза и позволила Чиче меня целовать. Его губы были прохладными, как и весь рот, но если не думать без остановки, что он, вообще-то, ещё и неживой, то постепенно его губы начинали согреваться, словно мне удавалось делить с ним своё тепло, свой жар.

Рядом кто-то негромко кашлянул. Разумеется. Я же говорила, нет никаких шансов просто провести время наедине с возлюбленным.