Невеста в гробу

Да у неё вся стена над кроватью была обклеена разной степени удачности рисунками Викуэля! Она была помешанной, и мне никто об этом не сказал!

— Это безобразие, — пробормотала я, исследуя содержимое тумбочки.

Половина предметов относилась к наивным методам приворота. Они были довольно простые, но при этом действенные. Мужчина — приворот ведь обычно использовали слабенькие магички, — чувствовал, что его пытаются приворожить и чаще всего предпочитал сдаться до того, как девушка перейдёт к отварам или чему похуже. Проблема была в том, что на эльфов приворот совсем не действовал.

Именно этот момент использовали Даррен и Чича, чтобы ввалиться в комнату.

— Где безобразие? — немедленно произнёс Чича. Я оглядела обоих. Выглядели они немного помятыми, но без синяков и прочих повреждений, так что я решила не интересоваться, чем они там были заняты. Взрослые люди и вампиры, а все не знают, что бы такое поделать, лишь бы не то, что сейчас от них требуется!

— Тут! — я ткнула пальцем в стену. — У нас одержимая под боком, а хоть бы кто намекнул.

— Флин прислал за ними нюхачей, — подтвердил Даррен. — Но сначала нюхачи как-то потерялись в лесу, а потом все подумали, что искать посреди учебного года новых преподавателей…

— Как-то потерялись в лесу? — мне показалось, что я даже зашипела по-змеиному, — по крайней мере, Даррен даже отшатнулся на мгновение.

— Не у вас, а у инквизиторов, дорогая, — влез бессмертный вампир.

— Бестиологи — это те, кто знает, где в лесу потерять людей, чтобы косточек даже не нашли, — рявкнула я, окончательно зверея. — Обойдётесь без культуролога полгода и… что там ведёт эта страшная женщина?

— Готовку на четвёртом курсе, — поспешно сообщил Даррен."

"Я вспомнила, какими глазами в доме Гастионов на меня смотрели на кухне, когда я готовила.

— Всё равно арестовывайте. Я проведу парочку уроков, но у меня времени мало, так что сразу для всех курсов, и я наконец взяла рамочку в руки.

Приятно быть правой! Хочется бегать и кричать: а я же говорила, а я же говорила! Но королевам и этого нельзя. Пришлось с каменным лицом разворачивать листок, спрятанный в рамке под портретом.