Невеста конкурента

И перед глазами все время нашего знакомства пронеслось — как он красным Ламборгини от меня откупался, как он из машины меня выбрасывал, выставлял из квартиры, как угрожал, чтобы я уезжала из города, предлагал стать его любовницей, винил меня в несчастном случае с его сыном, как из центра помощи меня достал, как поделился мной с Артуром.

И на полмесяца запер здесь.

— Не будет никакого чистого листа, — отклонилась на подушки, увеличивая между нами расстояние. — Просто выпусти меня. Или хотя бы дай телефон.

Между нами пауза.

По спине от напряжения ползет холодный пот.

Мне дурно.

Наконец, Макар выпрямился.

Поднялся с постели.

— Эмма, я не могу тебя отпустить. Да я убью тебя лучше, — он сказал это так просто, что даже повода не оставил, в его словах сомневаться.

Уверенной походкой вышел из комнаты.

И прикрыл дверь.

Продолжала лежать и пялиться в потолок. Вслушиваться в его шаги по коридору.

Он из квартиры не вышел, ошивается возле моей двери, ходит, будто бы туда-сюда.

Я тоже поднялась.

Спрыгнула с кровати и метнулась к шкафу, распахнула створки.

Белое летнее платье. Легкое, невесомое почти. Одно из тех, что передал мне водитель Шварца вместе с питанием.

Тогда я это восприняла как издевку, ведь из квартиры меня все равно не выпускают.

А сейчас медленно натянула его на себя. Пальцами разгладила спутанные волосы, отбросила их за спину.

Он знал, что я выйду.

Сколько угодно могу в лицо ему словами плеваться, что пусть убивает, только бы не с ним.

Не пусть.

Если бы он орал, руки заламывал и обещал до леса в багажнике прокатить — это был бы гнев, всего лишь гнев.

"А когда его лицо застыло, и ни один мускул не дрогнул, когда в глазах пустота и холод, а голос ровный — это уже правда.

Я до жути боюсь. И хочу жить.

— У меня паспорта нет, — напомнила, показавшись в дверях.

Шварц обернулся. Взглядом по мне скользнул с ног до головы — удовлетворенным, собственническим. Хлопнул по карману пиджака, показывая, что мои документы у него с собой.

— Я рад, — кратко похвалил мое решение.

Он вышел из квартиры, я следом. Он в лифте поехал, а я зачем-то поперлась по лестнице — жалкая попытка крохи своей независимости от этого мужчины отстоять.

На улице закружилась голова.

Торчать в окне по утрам — это одно. А когда теплый ветерок продувает платье — по коже мурашки бегут от удовольствия.

Шла не торопясь, озираясь по сторонам, будто на другой планете жила. Наткнулась на его взгляд — Макар сидит за рулем и глаз с меня не сводит.