Невеста конкурента

— Упрямство только сильнее распаляет, Эмма, тебе ли, психологу, этого не знать, — Макар развернулся, двинулся к выходу. Через плечо бросил. — Не стой, я тебе сказал. Одевайся. И выбери что-нибудь поприличнее. Едем в ЗАГС.

Глава 61

Заперлась в комнате и улеглась в постель. С головой накрылась одеялом.

Он где-то в коридоре — оттуда раздается приглушенный шум.

Что он там думает?

Что я одеваюсь?

Хмыкнула в подушку, до сих пор не сознавая, что у этого мужчины в голове.

Какой, к черту, ЗАГС.

Шварц просто рехнулся.

Чокнулся на своем желании показать власть, показать, что он может всё. Взять себе любую игрушку и играть, пока не надоест.

Перевернулась на другой бок, стало жарко. Высунула ногу из-под одеяла и прислушалась.

И тут же брякнула ручка. А после раздался стук в дверь.

— Ты почему закрылась? Хочу посмотреть, что ты выбрала.

Голая поеду. В трусах — мысленно ответила и снова повернулась, выглянула из-под одеяла.

Макар еще раз дернул ручку.

— Эмма, не надо меня злить. Открой дверь, — его голос спокойный, но я теперь знаю — это показное, на самом деле он уже бесится.

Только вставать все равно не буду, одеваться тем более, я никуда не поеду, и пусть он…

Треснул косяк, и дверь с грохотом отлетела в стену. Шварц шагнул в комнату, бросил взгляд на меня, лежащую под одеялом.

И вдруг засмеялся. Искренне, от души, и его лицо изменилось неуловимо, он стал еще обаятельнее с этими ямочками на гладковыбритых щеках, и на какой-то миг мне показалось даже, что я вижу себя рядом с ним, вижу себя женой этого высокого темноволосого мужчины, и могу быть счастлива.

Сердце пропустило удар. И фантом тут же рассеялся, а память услужливо вытянула на свет мои наивные планы выйти замуж за любимого человека. Который мной пользовалься.

— Ну в чем дело? — странно-ласково спросил Макар, приблизившись. Присел на краешек постели, будто я больна и он обо мне позаботиться хочет. Он наклонился, посмотрел в глаза.

Он говорит негромко, серьезно, так, что ему поверить можно, темные глаза спокойные и внимательные, исследуют мое лицо, он будто в каждую черточку вглядывается, и так не ведут себя люди, которым плевать.

— Я с чистого листа хочу начать, — сказал он.