Нерушимый 6

— И что я ей скажу? Рина, люби Михаэля? Как ты себе это представляешь? Любовь — это иррациональное чувство, сердцу не прикажешь.

— А ты волочиться за ней перестань, — сказал из-за двери Клыков, — тогда она, может, осознает, что теряет.

— Ты вообще молчи, девственник-эксперт! — огрызнулся Погосян.

— Он, между прочим, дело говорит, — встал я на стороны Клыкова. — Как раньше гусары соблазняли дам? Каждый вечер в течение нескольких недель присылали розу в определенное время — у дамы вырабатывалась зависимость от приятного.

А потом вдруг раз — и прекращали. И у дамы паника: а где? А что случилось? И все, она завоевана.

Погосян почесал в затылке, и на его лице отпечаталось: «А что, так можно было?» — и он удалился в задумчивости. Не удивлюсь, если возьмет совет на вооружение. А Клыков выглянул и спросил:

— Как думаешь, хоть «Целтниекс» мы обыграем? А то что-то не идет у нас.

— Пойдет еще и как! — сказал я то, что думал.

С двумя-то одаренными в команде! Жаль, Микроб «Лучшего в мире» включать не умеет. Завтра у меня суд, осталось дожить до субботы, и покажем всем! Уверен, в этот раз получится феерия!

Глава 3

Жизнь — не игра, ее жить приходится

— Легкой игры не ждите! — пугал нас Димидко на планерке.

 — Да, мы подняли мастерство, но и они на месте не сидели! У них обновился состав, половина игроков незнакомые. Не стоит недооценивать соперника!

— Да мы как бы и не… — попытался сказать Жека, но Сан Саныч его грубо перебил:

— Че ты такой расслабленный, а? Видел, где мы в турнирной таблице? На дне! Если сейчас проиграть, это будет гвоздь в крышку нашего гроба.

Назад во вторую лигу захотели? Со всеми причитающимися понижениями в зэпэ? Так для это не обязательно проигрывать, скажите, я вас сам туда сплавлю! В какой-нибудь «Актюбинец»! Будете в степи пылить и кумыс пить, мать вашу!

Все молчали и слушали его. Если опять что-то не заладится, включу «Лучшего в мире вратаря» и вытяну. Но поначалу воздержусь, вдруг сами справимся? Тем более что у нас теперь есть в арсенале блинкующий Микроб.

Не знаю как у кого, у меня настроение было приподнятым в предвкушение грядущей помолвки. Алые паруса уже были готовы и ждали своего часа — капитан заверил, что все будет на высшем уровне, он безумно хотел посмотреть на девушку, ради которой я это все затеял. Кольца куплены. Суд состоялся, и я больше не понадоблюсь ни как свидетель, ни как потерпевший. Жизнь и свобода! Осталось до завтра дотерпеть. И даже мысли не проскальзывало, что Лиза откажется стать моей женой.