Неповторимая

Послышался негромкий шорох — такой, как Скайлар уловила прежде, плита встала на место, и теперь казалось, что в стене нет никакого потайного хода.

— О Господи! — выдохнула она. — Твой брат жив! Здесь происходит что-то страшное…

— Так и есть. Слава Богу, мы прибыли вовремя, хотя Дэвид наверняка справился бы и сам.

— Он показался мне очень уверенным и властным.

— Ты права. Он изменился. Должно быть, он много выстрадал и теперь ожесточился.

— Я заметила шрам на его лице. И все-таки он…

— Договаривай.

— Удивителен.

Он красивый мужчина, несмотря на суровость.

— В самом деле?

— Да.

— Да, он действительно хорош собой, и притом не дикарь.

— Что-то подсказывает мне, что из него получился бы настоящий индеец.

— Пожалуй, я начну ревновать тебя…

— Это послужит тебе на пользу.

— …но боюсь, изобразить ревность мне не удастся.

— Это еще почему?

— Я доверяю брату.

— А мне? — И Скайлар запустила в мужа подушкой. Ястреб засмеялся, схватил жену в объятия и поцеловал ее. Желание, которое исчезло на некоторое время, вспыхнуло в нем с новой силой.

Но Скайлар высвободилась.

— Ты хотел сказать, что потайные ходы есть в замке… повсюду?

— И притом множество. В давние времена мы были сторонниками якобитов.

— Кто такие якобиты? Ястреб улыбнулся.

— Династия Стюартов родом из Шотландии правила и Шотландией, и Англией. Одним из Стюартов был Иаков II, а второй его женой стала принцесса-католичка. Англичане и многие шотландцы отказались признавать за их сыном право на престол. Иаков II был вынужден отречься от престола, когда его дочь Мария и зять Вильгельм Оранский прибыли в Англию, чтобы завладеть короной.

Иаков бежал во Францию, его сына прозвали «претендентом», а когда у него родился сын, его стали называть «старым претендентом». Никто из потомков Иакова так и не сумел возвратить себе престол, но многие семьи горцев годами поддерживали Стюартов. Сторонников Стюартов, священников и прочих приверженцев, часто приходилось прятать. В таких местах, как Касл-Рок, укрыться легко. Эти потайные ходы оказались даром Божиим.

— Да, но теперь… должно быть, они стали неудобством! — заметила Скайлар.

Ястреб усмехнулся и вновь привлек ее к себе.

— Не тревожься, Дэвид не вернется. — Он уложил ее в постель и повернулся, чтобы потушить свечи.

Скайлар слышала, как муж ворочается в темноте. Помолчав, Ястреб вдруг рассмеялся.

— Что с тобой?

— Неудобство… — повторил он. — Вспомни, сегодня вечером Шону что-то тревожило. Она чувствовала себя неловко.